Читаем Встречный ветер полностью

- Вообще могло случиться так, что вы не обнаружили бы шлюпки. И не потому, что вы плохие пограничники - об этом будем судить позднее... Сейчас можно сказать одно: что наряды безответственно осматривали берег, воду. Необходимость этого офицеры плохо разъяснили солдатам. Осмотр береговой кромки должны регулярно делать офицеры, начиная с начальников застав, кончая офицерами комендатуры и комендантом. А вы, полагаю, уже с месяц не выходили на береговую кромку? Так?

- Не совсем так.

- Не совсем? - усмехнулся Никитин. - Значит, близко к истине? Но я сюда не дискутировать приехал, а разобраться и помочь. Этот проклятый ящик с мотором, конечно, нелегко было обнаружить. Он завален под водой камнями, замаскирован отлично. Значит, агенты матерые, опытные. Они знали, как это надо делать. Да и море тут неспокойное - кружат встречные потоки, на воде постоянно рябь и волны. Надо смотреть тут в сто глаз. Я убежден, что у нарушителей есть вторая рация, иначе они эту здесь не оставили бы. Будем искать вторую. Она должна быть, понимаете?

- Может быть, - неопределенно проговорил Маланьин.

- В чем сомневаетесь?

- Почему мы ее должны искать именно здесь? Нарушители могли унести ее с собой!

- Даже непременно унесли! Вопрос: куда? Мне думается, что далеко не потащат. Появляться на глаза людям с аппаратурой рискованно. Следовательно, они развернут ее в укромном месте, а нам надо его найти. Но я думаю, что они такого места еще не подыскали, не хватило времени. Они пока что выспались, передали первую шифровку, закопали аппаратуру и разгуливают по вашему участку.

Маланьин, насупившись, молчал. На хмуром рябоватом лице его, в морщинах высокого лба выступили капельки пота.

- Да, именно они рацию оставили в расчете на то, что искать ее в этом месте пограничники не будут.

- Уж слишком наглый расчет, товарищ генерал, - заметил Маланьин, думая, что генерал, не пренебрегая мелочами, твердо идет к какой-то своей намеченной цели.

- Вы правы. Это не только нагло, но и примитивно, на первый взгляд. Но я знаю по опыту: враги редко оставляют вещественные доказательства на месте своего преступления. Случайно оброненная вещица: окурок, клочок газеты, пуговица - все это бывает чаще всего в детективных романах. А тут оставлена целая рация и совсем не случайно. Значит, они рассчитывали вернуться сюда и на что-то надеялись. А на что? Вы можете мне ответить на этот вопрос?

- Они рассчитывали на нашу беспечность! - с глухой болью, но искренно сказал Маланьин. - Стыдно говорить, однако это именно так.

- Возможно, - вздохнул генерал и, помолчав, продолжал: - Но искать врагов надо всюду: под каждым кустом, под каждым камнем. Мне думается, что мы сейчас находимся уже близко у цели. Однако имейте в виду все то, что я вам здесь говорил, - это мои чисто психологические предположения, основанные на опыте и на фактах, о которых я обязан молчать. Вы же действуйте самостоятельно, творчески. Пусть будет больше самых худших предположений, больше затраченного труда, чтобы выигрыш был верным. Продолжайте поиск. Действуйте. И пришлите ко мне сержанта Нестерова.

- Слушаюсь! - комендант энергично повернулся и вскоре скрылся за кустами черноклена.

Глава пятая

Никитин, аккуратно свернув карту, полез в карман за папиросами и нащупал там гладкую кожу каштановых орешков. Они приятно ласкали жесткие пальцы. Отдыхая от напряженного разговора, Никифор Владимирович взял вместо папиросы орех, разгрыз его и кинул молочное зернышко в рот. Зерно было сладковатое, теплое. "Сколько еще у нас пропадает такого добра, - подумал Никитин. - Сколько в этих лесных предгорьях диких яблок, груш, орехов, ягод разных?" Но мысли его о богатстве края прервал сержант Нестеров. Он подошел твердым, как на параде, шагом и, лихо взяв под козырек, громко доложил:

- Товарищ генерал, сержант Нестеров по вашему приказанию прибыл!

Генерал почему-то вдруг решил, что Нестеров парень застенчивый, скромный и что с ним можно говорить только с глазу на глаз. Но Никитину захотелось проверить свою догадку и выслушать сержанта на людях.

- Вижу, что прибыли. Садитесь вон на какой-нибудь камень. А впрочем, нет. Сейчас пойдем вместе. Я уж засиделся тут, а камень-то, брат, очень жесткий попался, - поднимаясь, проговорил Никифор Владимирович.

- Мягких камней, товарищ генерал, не бывает, - смело глядя в лицо Никитина, сказал Нестеров.

- А вы уверены в этом? - отряхивая пыль с брюк, спросил Никифор Владимирович. - "Нет, не застенчивый. Ошибся, пожалуй, я", - подумал генерал. Он больше всего любил людей смелых. Застенчивость, по его мнению, пригодна только для девушек, а для настоящего пограничника нужны смелость, находчивость, лихость.

Смущенный своим замечанием и вопросом генерала, Нестеров молчал.

- Уверены, что мягких камней не бывает? - переспросил Никитин.

- Так точно! - твердо ответил Нестеров.

- Вот и неправда, брат, - с грубоватой простотой возразил Никитин. Когда человек начинал ему нравиться, Никифор Владимирович сразу же переходил на "ты" и меньше всего деликатничал.