Читаем Встречные огни полностью

Б е р е ж н о й. Ладно! Роза Борисовна, спрячьте это! (Отдает ей комбинезон, вынимает из укрепленной на нем кобуры пистолет, прячет его в карман.)

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Марыся Антоновна, возьмите и нас! От этого воздуха у Розочки совсем портится характер… А мне тоже пора поискать точку опоры!

М а р ы с я. Что вы имеете в виду?

И с а а к  М е н д е л е в и ч. О, если б я имел точку опоры…

М а р ы с я (улыбаясь). Вы перевернули б весь мир?

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Зачем? Если б я имел точку опоры, я б открыл торговую точку. Это была б для вас неплохая явка.

Б е р е ж н о й. Вы, оказывается, конспиратор! Но как только вы покажетесь наверху, вас арестуют.

Р о з а  Б о р и с о в н а (встревоженно). Тсс! Кто-то идет!

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Прячьтесь! (Подкручивает фитиль в лампе).


Все прячутся в соседнем помещении. Крадучись входит  Г е н р и э т т а.


Г е н р и э т т а. Алло, кто тут есть? (Пауза.) Никого! Значит, показалось. (Освещая фонариком стену, вынимает из нее кирпич, а затем вытягивает какую-то шкатулку.)

И с а а к  М е н д е л е в и ч (осторожно входит). Какая встреча!

Г е н р и э т т а (испуганно). Ах!

Р о з а  Б о р и с о в н а (входит). Геничка, соседка! Жива? Слава богу!

И с а а к  М е н д е л е в и ч (Генриэтте). Когда вас в тот вечер забрала «скорая помощь», все решили: вам больше не придется платить за квартиру!

Г е н р и э т т а. Мумочки вы мои! На мое счастье, в больнице дежурила Галя Середа. Мы с нею учились в одной школе. Теперь она хирург. Она меня и спасла.

Р о з а  Б о р и с о в н а. Вы тоже прячетесь тут?

Г е н р и э т т а. Прячусь? Гм! В моем аусвайсе написано «русская».

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Русская? Геня Моисеевна Шварцберг?

Г е н р и э т т а. Генриэтта Михайловна Черногорова, дочь репрессированного.

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Разве ваш папа сидел за политику? Он был обыкновенный себе ювелир, правда, с валютным акцентом.

Г е н р и э т т а. По советским законам спекуляция золотом — это экономическая контрреволюция.

И с а а к  М е н д е л е в и ч. А-а… вы таки имеете заслуги перед Гитлером!

Р о з а  Б о р и с о в н а. Почему ж вы оказались в этом подвале?

Г е н р и э т т а. Когда-то мой отец оставил здесь кой-какие фамильные мелочи.

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Подземный банк?

Г е н р и э т т а. Все, что тогда не звучало, теперь звучит. Тогда наша милая милиция плевать хотела на мой химический диплом. Я, мумочки вы мои, была для нее — просто самогонщица!

Р о з а  Б о р и с о в н а. А теперь… полиция не против вашей химии?

Г е н р и э т т а. Начальник районной управы — мой первый дегустатор. Химия теперь имеет большие перспективы.

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Какие перспективы имеет химия — не скажу: мой отец был только Мендель, а не Менделеев, и я Исаак, а не Гей-Люссак! А вы лично… имеете одну перспективу: остаться с нами здесь, в подвале.

Г е н р и э т т а. Я б доставила вам такое удовольствие, но боюсь, меня начнут искать! (Хочет уйти.)

И с а а к  М е н д е л е в и ч (преградив ей путь). Назад!

Р о з а  Б о р и с о в н а. Исаак, что ты надумал?

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Она выдаст тебя и меня!

Г е н р и э т т а. Мумочки вы мои! Как вы могли даже подумать!

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Не пущу!

Р о з а  Б о р и с о в н а. Исаак, тебе нельзя волноваться!

И с а а к  М е н д е л е в и ч. Роза, спрячь свои шипы и… не шипи!

Г е н р и э т т а. Все равно я уйду. Что вы мне сделаете?

И с а а к  М е н д е л е в и ч (оглядывается и, выхватив шкатулку из рук Генриэтты, швыряет ее у выхода). Замурую! И вас и нас!


Шкатулка, упав, раскрывается. Из нее вываливаются золотые браслеты, кольца и другие ювелирные изделия.


«Сокровища погибшего корабля»! (Присмотревшись.) А почему здесь золотые зубы? Боже мой, сколько их! И целые челюсти! Может быть, ваш папаша был не ювелир, а стоматолог?


Долгая пауза.


Г е н р и э т т а (испуганно). Это я потом купила… недавно.

И с а а к  М е н д е л е в и ч. А-а… (Печально качает головой.) Недавно!

Р о з а  Б о р и с о в н а. Исаак, отпусти ее! Она забудет, что видела нас.

Г е н р и э т т а. Я уже забыла! Мумочки вы мои! Клянусь!

Р о з а  Б о р и с о в н а. Исаак, она клянется! (Генриэтте.) Ступайте!

Г е н р и э т т а (схватив драгоценности). Ауфвидерзеен! (Чмокнув Розу Борисовну, убегает.)

И с а а к  М е н д е л е в и ч (очнувшись). Что ты натворила!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Няка
Няка

Нерадивая журналистка Зина Рыкова зарабатывает на жизнь «информационным» бизнесом – шантажом, продажей компромата и сводничеством. Пытаясь избавиться от нагулянного жирка, она покупает абонемент в фешенебельный спортклуб. Там у нее на глазах умирает наследница миллионного состояния Ульяна Кибильдит. Причина смерти более чем подозрительна: Ульяна, ярая противница фармы, принимала несертифицированную микстуру для похудения! Кто и под каким предлогом заставил девушку пить эту отраву? Персональный тренер? Брошенный муж? Высокопоставленный поклонник? А, может, один из членов клуба – загадочный молчун в черном?Чтобы докопаться до истины, Зине придется пройти «инновационную» программу похудения, помочь забеременеть экс-жене своего бывшего мужа, заработать шантажом кругленькую сумму, дважды выскочить замуж и чудом избежать смерти.

Таня Танк , Лена Кленова

Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Иронические детективы / Пьесы
Соколы
Соколы

В новую книгу известного современного писателя включен его знаменитый роман «Тля», который после первой публикации произвел в советском обществе эффект разорвавшейся атомной бомбы. Совковые критики заклеймили роман, но время показало, что автор был глубоко прав. Он далеко смотрел вперед, и первым рассказал о том, как человеческая тля разъедает Россию, рассказал, к чему это может привести. Мы стали свидетелями, как сбылись все опасения дальновидного писателя. Тля сожрала великую державу со всеми потрохами.Во вторую часть книги вошли воспоминания о великих современниках писателя, с которыми ему посчастливилось дружить и тесно общаться долгие годы. Это рассказы о тех людях, которые строили великое государство, которыми всегда будет гордиться Россия. Тля исчезнет, а Соколы останутся навсегда.

Иван Михайлович Шевцов , Валерий Валерьевич Печейкин

Публицистика / Драматургия / Документальное