– Отлично. Теперь вы можете взглянуть на шнур. – Праути поднял голову Дженни. Вокруг шеи виднелась тонкая кровавая полоса. Шнур так глубоко врезался в тело, что был почти невидим. Оба конца шнура были переплетены сзади, как и в случае с Эбигейл Доорн.

Инспектор выпрямился.

– Значит, дело было так: он сидел здесь, кто-то вошел, встал за ним, ударил по голове и потом задушил его. Правильно?

– Кто знает. – Праути начал складывать свой чемоданчик. – Я могу поклясться только в том, что этот удар можно было нанести, только стоя сзади стола… Ну, я пошел. Фотографы и эксперты по отпечаткам здесь уже побывали. Всюду полно отпечатков, особенно на этом стекле на столе, но я думаю, что большинство из них принадлежат Дженни и этой его ассистентке, или стенографистке.

Полицейский врач нахлобучил на голову шляпу, сно-ва впился зубами в сигару и вышел из кабинета.

Оставшиеся снова посмотрели на мертвеца.

– Доктор Минчен, эта рана на голове не могла быть причиной смерти?

Минчен проглотил слюну. Его веки были опухшими, глаза покраснели. Нет, – тихо сказал он. – Праути прав. Удар только оглушил его. Он умер… Он умер от удушения, инспектор.

Они склонились над шнуром.

– Выглядит так же, как и первый, – пробормотал Квин.

– Томас, я хочу, чтобы вы им занялись. – Гигант кивнул.

Труп все еще находился в кресле в той позе, которую придал ему Праути. Комиссар внимательно посмотрел на его лицо. На нем не было ни страха, ни удивления. Несмотря на отечность и характерный синеватый оттенок, черты лица были спокойными и мирными, глаза были закрыты.

– Вы тоже заметили это, сэр? – внезапно заговорил Эллери. – Его лицо не похоже на лицо человека, погибшего насильственной смертью, не так ли?

Комиссар обернулся и в упор взглянул на Эллери.

– Я как раз об этом подумал, молодой человек. Вы сын Квина, верно? Да, это странно.

– Вот именно. – Эллери спрыгнул со стула и, подойдя к письменному столу, задумчиво посмотрел на лицо Дженни. – Тяжелый предмет, о котором говорил Праути, убийца, должно быть, унес с собой… Смотрите, чем занимался Дженни, когда его убили.

Он указал сначала на ручку, которую сжимал в руке мертвец, потом на лист бумаги на стекле– как раз в том месте, где лежала бы рука, если труп наклонить вперед. Дженни, очевидно, кончил писать на середине фразы, так как последнее слово на странице обрывалось чернильным пятном.

– Когда его ударили, он работал над книгой, – заметил Эллери. – Это элементарно. Он и присутствующий здесь доктор Минчен являлись соавторами в научном труде под названием «Врожденная аллергия».

– В какое время он умер? – задумчиво спросил Сэмпсон.

– Праути заявляет, что между 10 и 10.15, и Джон Минчен с ним согласен.

– Ну, это нас ни к чему не приведет, – огрызнулся инспектор. – Томас, отправьте тело вниз, в морг. Не забудьте тщательно обыскать его одежду. А потом возвращайтесь, вы мне нужны. Садитесь, комиссар. И ты тоже, Генри… Суансон!

Экс-хирург вздрогнул. Его глаза были широко открыты.

– Я… Может быть, мне уже можно идти? – спросил он хриплым шепотом.

– Да, – мягко сказал инспектор. – Пока вы нам не нужны. Томас, пошлите кого-нибудь в Портчестер с мистером Суансоном.

Вели, поддерживая Суансона, двинулся к двери. Суансон вышел из комнаты, не сказав ни слова и не обернувшись. Он выглядел ошеломленным и испуганным.

Эллери бродил взад-вперед по кабинету. Комиссар сел и начал беседовать вполголоса с инспектором и Сэмпсоном. Пэрадайс сидел на стуле, не переставая дрожать. Минчен молча уставился на яркий линолеум.

Эллери вопросительно склонился над ним.

– На что вы смотрите? На новый линолеум?

– Что? – Минчен облизнул пересохшие губы, пытаясь улыбнуться. – Откуда вы знаете, что он новый?

– Это очевидно, Джон. Разве я не прав?

– Правы. Все личные кабинеты были заново покрыты линолеумом только несколько недель назад.

Эллери снова зашагал по комнате.

Дверь опять открылась, и вошли два молодых врача с носилками. Лица у обоих были бледными, движения – резкими.

Когда они убрали из кресла мертвое тело, Эллери остановился у окна, нахмурился и снова посмотрел на стоящий боком стол. Прищурив глаза, он подошел ближе к пришедшим врачам.

Когда они положили на носилки труп, Эллери внезапно заговорил так громко и резко, что все вздрогнули и повернулись к нему.

– Знаете, за этим столом должно было находиться окно!

Все уставились на него.

– Что творится у тебя в голове, сынок? – спросил инспектор Квин.

Минчен невесело улыбнулся.

– Но здесь никогда не было окна, Эллери.

Эллери кивнул головой.

– Эта архитектурная оплошность меня беспокоит… Очень плохо, что бедный старый Дженни не помнил девиза на кольце Платона… Как он звучит? «Легче предотвратить появление дурных привычек, чем избавиться от них…»

Глава 23

Новое расследование