Читаем Встреча (сборник) полностью

Опять письма. Он пишет: «Перечитал все твои и свои письма. Твои письма такие интересные, а у меня – как отчёты, скучные. Приезжайте или я выброшусь с седьмого этажа вниз головой. Там бетонная плита лежит. Вот прямо на неё».

«Боже мой, – думает она, – выдумал, с седьмого этажа, вниз головой. Поехать что ли? Да нет, он не псих, он этого никогда не сделает». И написала, что приедет, как только будет возможность. Но здесь больные и старые родители. Как их бросишь? У него тоже больные старые родители. И тоже их не бросишь. Письма, телефонные разговоры ни к чему действенному не приводят.

Прошло достаточно времени. Решила: поедет. Приехала с ребёнком, а Он как бы в обиде, что долго не решалась ехать. Она живёт в их отдельной квартире, а Он, обиженный, у мамы своей.

«Ну что, – думает Она, – надо в конце-то концов поставить все точки над и». Решила (опять Она), что пойдёт тоже к свекрови жить. Перебрались с ребёнком туда. И вот приходит женщина, стройная, высокая, чёрненькая с блестящими глазами. С его работы его навещать, а Он на больничном. Слышит, что беседуют, но не как сотрудники, а как достаточно близкие люди.

– Нет, – говорит свекровь, – ты ничего не подумай. Они просто друзья. Однокурсники. Она помогает ему за мной ухаживать, когда Он в командировке. Даю голову на отсечение, что между ними ничего нет.

– Поберегите свою голову, – отвечает Она ей.

– Ну я же не дура, – опять говорит свекровь.

– Не знаю. Я, вроде, тоже.

Он ей ничего не говорит, и Она ему тоже. Какое-то время всё идёт как было.

– Пожалуй, мы здесь останемся.

– Зачем?

– Как зачем? Жить!

– Но я уже всё решил. У тебя семь пятниц на неделе. То ты приедешь, то ты не приедешь. А этот человек всегда здесь.

Вот и разговорился наконец-то. А то всё молчал! Значит, встретил человека, с которым можно, и говорить, и молчать.

А Она уехала вместе с ребёнком. Разошлись без скандалов и дележа имущества. Она считала, что взяла с собой самое дорогое – это ребёнок. И поняла: мужчин-то нельзя надолго оставлять одних. Они не крепкие. И не всегда любят, а просто живут.

Вот оно – адресное бюро. Она никогда не обращалась в эти службы, а тут такая тоска загрызла, самочувствие ужасное и жизнь, как скучный однообразный план: утро – завтрак, всех поднять, затем – в магазин за провизией, готовка обеда, ужина. И так ежедневно.

Ехала в метро и вспомнила, как в 1968 году тоже ехала в метро, но не одна. Он держал ее за руки, и они смотрели друг другу в глаза, глупо улыбаясь и растворяясь друг в друге, никого и ничего вокруг не замечая: ни людей, ни шума метро.

Вспомнила все это, и ей стало так грустно и обидно за себя. Почему же она его потеряла? Он же был! Был тот, который ею восхищался, что бы она ни сказала или просто молчала, радостно сияла – он опять приходил в восторг.

Как-то шли по Ленинскому проспекту. Наступила зима, шел легкий, тихий снежок, вечер. Он посмотрел на нее, остановился и говорит:

– У тебя такое лицо, глаз нельзя оторвать, столько в нем тепла и какой-то внутренний свет идет.

Она была счастлива. Каждый вечер – в театр, в кино, в консерваторию. А как он рассказывал о фестивальных фильмах, которые она не смогла посмотреть! Да… было время. Где же он теперь?

Он учился в аспирантуре при институте стали и сплавов, а она в заочной аспирантуре. Оба веселые, счастливые. Они хотели пожениться, когда завершат свои диссертации, но она не дождалась и вышла замуж за другого…

Вот решила она, спустя тридцать пять лет, найти его. Того, кто был чудесным парнем. Найти его и просто посмотреть, окунуться в то далекое счастье, которое пролетело, как волшебный миг. Но разве можно окунуться в прошлое? Время ушло, оно не стоит на месте, к нему просто возврата нет. Но очень хочется. Очень! Хоть одной клеточкой коснуться.

Его данные для адресного бюро у нее были в памяти. Он оказался в Москве, и ей выдали его адрес. Она еще попросила девушку, такую милую работницу адресного бюро, дать номер телефона. Та подумала-подумала, посмотрела на немолодую, но очень приятную женщину и написала ей на листочке его номер телефона. Взяла этот листок.

Шла долго, думала, решала. Нужно ли это делать? Была стройная, лучезарная, блондинка с копной пышных волос. А сейчас? «Ну, позвоню, – думает она, – и что скажу? Как начать разговор? Она-то его помнит, а он? Может быть, она была лишь незначительным эпизодом в его жизни? Да, ладно. В телефоне все равно ничего не видно, только голос. Не помнит – не надо».