Читаем Вспышка полностью

Несмотря на все это, Брайан отдавал себе отчет, что он и его столь напичканные современным оборудованием яхты уходят в прошлое. Из снобизма «Мицубиси» может себе позволить организовать ежегодно регату до Марса и обратно, однако ее отдел по производству тяжелых моторов напряженно работал над конструкциями ракет, которые оставят подобных ему не у дел.

Он знал, что придет день, и ракеты большого радиуса действия придут на место солнечных кораблей, чья технология апробировалась на таких гонках, и будут выполнять автоматические полеты к Урану и Сатурну. Это так же непреложно, как и тот факт, что двести лет назад паровые суда свели на нет господство парусного флота на морях и океанах. Однако до того, как ракеты приобретут большую практическую значимость, нежели полеты к Луне и точке Лагранжа, конструкторам придется найти способ преодолеть жесткие ограничения к топливной массе.

Всякая масса топлива, используемого в ракете, сжигалась ли она химическим путем или приводила ракету в движения методом расщепления, все еще оставалась достаточно значительной, чтобы придать нужную силу ускорению, поскольку топливо являлось свободным грузом, который поступал в двигатели с момента старта, сгорал и выходил наружу, сообщая тягу и уменьшая общий объем грузов. Чем тяжелее частицы, тем меньше их мог брать с собой корабль, и наоборот. Однако проблема состояла в том, топливо по-прежнему приходилось грузить.

Из всех ракетных конструкций исключением являлись корабли с двигателем, использующим энергию слияния, однако они эффективно работали, лишь когда космолет пикировал в солнечный ветер. Когда такой корабль двигался против ветра, КПД двигательной установки заметно падал.

Однажды конструкторы ракетных двигателей найдут частицу окончательного ускорения, воображаемую частицу, которая не имела бы стартовой массы, но становилась бы все тяжелее по мере увеличения скорости, и лишь тогда ракетам удастся сообщить достаточно большое ускорение, а главное, достаточно длительное, чтобы превзойти солнечные космолеты на полетах к дальним планетам.

Ну, а пока ракеты находятся примерно в том же положении, что и первые паровые корабли. Эти суда, приводимые в движение лопастями и пожиравшие несметное количество низкокалорийного топлива или угля, осуществляли лишь каботажные перевозки, плавая в спокойных водах и регулярно заправляясь топливом. Во всех других случаях по-прежнему использовались парусники. Только когда удалось обнаружить преимущества винта и создать более простую и упорядоченную систему масляного питания, удалось наладить регулярное сообщение через океаны.

С точки зрения Хольдструпа, ракеты дальнего радиуса действия ждали открытия эквивалента сжигаемому ракетному топливу. В тот день, когда это произойдет, он повесит на гвоздь антистатические лопасти и тепловое ружье и отправиться доживать свой век на одном из Каймановых островов.

А пока, все время эта вспышка на стабилизаторе.

Хольдструп внимательно изучал ритмично вспыхивающее сияние, пытаясь решить, как в будущем обеспечить более свободное размещение яхты в грузовом отсеке корабля. Она должна висеть достаточно свободно, чтобы столкновение с острыми углами не повредило яхте, но одновременно быть достаточно туго натянутой, чтобы выйти на гонки во всеоружии.

Периодичность мерцания буквально гипнотизировала его.

Хольдструп помотал головой, пытаясь встряхнуться — и вдруг экран исчез. Карта звездного неба растворилась под действием статики. Медленно восстановилась, но вдруг исчезла снова.

Брайан безуспешно попытался настроить камеру. Постепенно изображение вернулось на прежнее место, и тут Хольдструп заметил, что статика испускается с таким же интервалом, что и искомая вспышка. Вполне возможно, это как-то связано с управлением лопастями. Вероятно, антенна наклонилась и зацепилась или находится под воздействием одного из металлизированных стабилизаторов.

После третьего статического всплеска, Брайан решил, что его теория несостоятельна. В поле зрения камеры попал еще один солнечный корабль. Пришельцем оказался тот самый ромбовидного вида космолет, с которым Хольдструп вот уже третий день боролся за лидерство. После последнего галса Брайан подумал, что сумел уйти вперед, но сейчас корабль виднелся в камере переднего обзора. Или тот как-то сумел вырваться вперед, или его яхту развернуло.

Хольдструп попробовал маневрировать, но, в конце концов, стал яростно гасить скорость, чтобы увеличить вращение судна и сделать максимальным вектор на нынешнем курсе.

Ничто не помогало. С каждой новой вспышкой, ромбоид становился на экране монитора все больше и больше. Затем он начал колебаться и мерцать, столкнувшись одним концом с лопастями «Вирджинии». Касание или повреждение другого корабля влекло за собой фол, а с ним и первый удачный протест против действий Хольдструпа за последние десять лет. Для Брайана гонку можно было считать законченной.