Читаем Вспомнить всё полностью

Так думал генерал Хохфлигер, беспокойно расхаживая из угла в угол тесного кабинета.

Тем временем в Варшаве глава местного отделения Народной Службы Охраны и Развития Демократических Преобразований (НСОРДП), сидя за поздним завтраком из сладких рогаликов с польской ветчиной, в который уж раз перечитывал полученную по телетайпу депешу.

«Значит, на этот раз под видом шахматистов, – резюмировал Серж Никофф, – причем каждый фнул неизменно открывает партию дебютом ферзевой пешки, d2-d4. Слабоватый дебют… особенно по сравнению с ходом королевской пешки, даже если играешь белыми, однако…»

Однако положение все равно складывалось угрожающее.

Придвинув к себе официальный бланк, Серж Никофф нацарапал: «Выявить и изолировать всех шахматистов, открывающих партию дебютом ферзевой пешки».

Вот именно: выявить, изолировать и – в Оздоровительные Бригады Лесовосстановителей всех до единого. Да, ростом фнулы невелики, но с саженцами управятся… в конце концов, должна же от них быть какая-то польза! Не выйдет с лесом, пускай сажают подсолнухи для маслозаводов в рамках Программы Искоренения Тундровых Зон. Годик-другой тяжелого физического труда, и в следующий раз они наверняка призадумаются, стоит ли снова вторгаться на Терру!

С другой стороны, им вполне можно предложить сделку, альтернативу работе в Оздоровительных Бригадах Лесовосстановителей. Сформируем из них армейскую бригаду особого назначения и отправим в непроходимые горы Чили. Шестьдесят один сантиметр роста – таких на любую атомную подводную лодку поместится куча, вот только…

Вот только стоит ли им доверять?

Сильнее всего Серж Никофф ненавидел фнулов – а изучить их он во время прежних вторжений на Терру успел неплохо – именно за изощренное вероломство. В последний раз они обернулись ансамблем народной песни и пляски… и что это оказалась за пляска! Пустив в ход оружие хитроумной, надежной, хотя и несколько прямолинейной конструкции, замаскированное под один из пятиструнных народных инструментов, танцоры-фнулы, прежде чем кто-либо успел помешать им, истребили на месте всю публику, собравшуюся в одном из ленинградских концертных залов, не щадя ни женщин, ни даже детей.

Разумеется, больше подобного не повторится: теперь-то все демократические страны начеку, специальные молодежные дружины не теряют бдительности… однако нечто новенькое, наподобие нынешней маскировки под шахматистов, вполне может завершиться успехом – особенно в небольших городках восточных республик, где шахматисты в особом почете…

Вынув из потайного ящика в рабочем столе телефон спецсвязи, без диска, Серж Никофф снял трубку и заговорил в микрофон:

– Фнулы опять здесь. На этот раз в районе Северного Кавказа. Соберите как можно больше танков, возьмите их в кольцо. Как только начнут наступление, сдержите их, рассеките их силы надвое танковым клином – и раз, и другой, и так далее, и так далее… словом, дробите на мелкие банды, ну а разобраться с мелкими бандами не составит труда.

– Будет сделано, товарищ комиссар.

Повесив трубку, Серж Никофф возобновил поздний завтрак, хотя и ветчина, и рогалики успели изрядно остыть.

Стоило капитану Лайтфуту поднять вертолет и направить машину назад, в Вашингтон, округ Колумбия, один из пленных фнулов заговорил:

– А как это получается? Каким образом вы, терране, всякий раз узнаете нас, кем бы мы ни замаскировались? Мы ведь являлись на вашу планету в виде заправщиков с бензоколонок, и инспекторов из отдела технического контроля заводов «Фольксваген», и чемпионов по шахматам, и ансамблей народной песни и пляски с туземными инструментами, и мелких правительственных чиновников, и, наконец, в виде торгующих недвижимостью комиссионеров, но…

– Размер. Все дело в величине, – пояснил Лайтфут.

– Эти понятия мне ни о чем не говорят.

– В вас росту всего два фута!

Пленные фнулы зашушукались между собой.

– Но ведь величина – характеристика относительная, – терпеливо объяснил Лайтфуту второй фнул, – а все абсолютные характеристики, присущие терранам, в нашем временном облике воплощены безошибочно. Согласно вполне очевидной логике…

– Послушай-ка, – оборвал его тот, – встань со мной рядом.

Фнул в строгом сером костюме, с портфелем под мышкой, опасливо подошел к капитану.

– Вот, видишь? – растолковал ему Лайтфут. – Твоя макушка едва достает мне до коленной чашечки. Во мне росту шесть футов, а в тебе – от силы пара. Треть моего. Среди терран вы, фнулы, сразу бросаетесь в глаза, точно… точно яйца в бочонке кошерных пикулей!

– Это такая народная присказка? – оживился фнул, вынимая из кармана пиджака шариковую ручку – крохотную, не больше спички в длину. – Надо бы записать. «Яйца в бочонке пикулей»… ловко, однако ж, запущено! Надеюсь, стирая с лица планеты вашу цивилизацию, мы сохраним хоть часть туземной культуры в музеях.

– И я надеюсь на то же, – согласился Лайтфут, поднося к сигарете зажженную спичку.

– Интересно, – задумчиво проговорил второй фнул, – а как бы нам тоже прибавить в росте? Возможно, вашей расе известен какой-то секрет?

Умолкнув, фнул поднял взгляд к огоньку сигареты, покачивавшейся во рту Лайтфута.