Читаем Вслепую полностью

Путешествие в пространстве и времени, монолог, исповедь о совершенных преступлениях и безрассудных деяниях, непомерных амбициях и попытках изменить человека, вершить правосудие, соединить ложь и цинизм с милосердием; демонстрация эрудиции и культуры, приправленная каплей мудрости, четвертушкой безумия, брызгами рома и чайной ложечкой истрийской граппы, подавать в бокалах из богемского хрусталя или в керамических чашечках, вылепленных аборигенами на островах полуденного зноя, потерять сердце и разум, проглатывая эту микстуру за решетками тюрьмы или во тьме трюма, в чреве парусника, бороздящего океаны, меняющего курс и идущего то по маршруту Ясона, то Одиссея, один другого стоит, да и Адриатика подходит для этого, море остается морем и чернеет везде, точно кровь, фонтаном бьющая из горла жертв. Так жизнь расширяется в безумный универсум, и ты отчетливо понимаешь в конце, что понимать в общем-то нечего и что умирать так же бесполезно, как и жить.

Эудженио Скальфари «La Repubblica»

***

Если под шедевром понимать произведение, которое является одновременно целью и результатом творческой деятельности, обладая такой структурной плотностью и концентрацией мысли, что время послужит лишь дальнейшей ферментации значений, то я не испытываю ни малейших колебаний, называя роман «Вслепую» шедевром.

Эрманно Пакканьини «Corriere della Sera»

***

Этой единственной в своем роде книгой, пронизанной драматизмом, болью, но и желанием жить, Клаудио Магрис вернул миру старые долги, воздав по справедливости и наказав по совести.

Коррадо Стайано

***

Эпический и ироничный, утопический и трагичный, — этот роман грандиозен и велик. Он дарит ощущение щедрого привкуса моря, фона его историй и мифов.

Марилия Пикконе «Stradanove. Libri»

***

В этом необыкновенном романе, который не укладывается ни в какие эпитеты и комментарии, доминируют два цвета: черный и красный. Черный — цвет слепоты, того, что мы не видим, «поднося подзорную трубу к скрытому повязкой глазу», черные рубахи фашистов, коричневые — нацистов. Красным становится обагренное кровью руно, удушающий алый платок на шее, красное знамя, за которое слепо, но с мужеством и гордостью можно страдать и умирать. Ход жизни и повествование о ней — это пересечение времен и мест, идентичностей, выборов, необходимых и внезапных, которые определяют особый человеческий тип пораженца, проигравшего, оказывающегося всегда «на неверной стороне в неудачный момент» Истории, однако именно в нем — эпическая мощь и величие.

Грация Казагранде

***

«Вслепую» — книга, в которой кипят, как в золотом котле, чудеса и ужасы мира, мужчины и женщины, героизм и предательство, низость и подлинный масштаб, высота и парение, прошлое и настоящее. Великая книга о нашей с вами жизни.

Это роман о приключениях, где столетия сливаются воедино, переплетаются, а люди любят, ненавидят и убивают друг друга, есть и рассказчик, который является всем, всеми и никем конкретно. Это и сеанс психоанализа, допрос в полиции, судебный процесс. Во время чтения мне казалось порой, будто меня утягивает за собой отлив, поток морской воды, и мне оставалось только поддаться ему.

Новая книга Клаудио Магриса, на мой взгляд, это некий остов вьющейся лозы, от которой ответвляются длинные и короткие побеги, а потом сплетаются снова. Читая, ты улавливаешь смыслы, перечитывая, обнаруживаешь уже совсем иные значения.

Это прекрасная поэма жизни, многих жизней, очищенных Клаудио Магрисом от зла без удовольствия и предубеждения, освобожденных им от терзающей боли. Телесный, роман наполнен ароматами и запахами гниющей плоти, смерти, цветами, приспущенными красными флагами. Околдованный, очарованный, вовлеченный в действо читатель становится участником событий дня Последнего Суда.

Коррадо Стайано

***

«Вслепую» — великолепное свидетельство смелости и интеллектуальной свободы, проницательное размышление о двойственности Истории и о безднах, открывающихся за любой утопией, но, прежде всего, это отличный роман, полный пленительных приключений и любви, пронизанный драгоценной прозой, способной непринужденно спуститься с вершин литературного языка к повседневной речи, хромающему в паузах монологу, потоку сознания. И отчаянный, безутешный, да, жестокий, как и все хорошие романы.

Патрик Карлсен

***

Роман о пустоте, следовательно, воспроизведение настоящего времени, современного мира вокруг нас, насилия и боли в нем. Миф о Ясоне и Медее довлеет над всеми остальными. Ужасающая жестокость этого мифа, рассказывающего о предательствах, крови и смерти, возводится в символ XX века — столетия, наблюдавшего концлагеря и гулаги, измену идеалам революции, обернувшейся угнетением, безмятежные островки, превращенные в обитель смерти… А Ясон постепенно вырождается в кровожадного деспота, переступающего через всех, кто любил и верил в него.

Паоло Тарджони

***