Читаем Всё равно тебе водить (ЛП) полностью

Работая над текстом, я выделил для себя три группы проблем, связанных с различными слоями реалий романа:

1. фактические:

1.1. реалии, имеющие приблизительно одинаковую степень понятности/непонятности и для итальянского, и для русского читателя; 1.2. понятные и/или значащие для итальянца и нейтральные для русского; 1.3. однозначные для итальянца и многозначные или прямо дезориентирующие русского; 2. языковые:

2.1. обсценная лексика; 2.2. "панталоны, фрак, жилет":

— реалии среднеевропейского быта; — англицизмы; — переназываемые понятия; 2.3. жаргонизмы; 3. структурные:

3.1. внутренняя многоуровневая перекличка; 3.2. скрытые цитаты.

1.1. К этой группе я отнес почти все упоминаемые в романе имена собственные:

Швейцер, современные западные философы, которыми щеголяет Кастрахан, а так же названия рок-групп и их песен и компьютерных игр. Эти реалии я честно повторял вслед за итальянским текстом и вслед за ним оставлял без постраничного комментария. Увидев в тексте имя Адорно или название «Ramones», и русский, и итальянский читатель оказываются в совершенно одинаковом положении: знает он или не знает кто такой Альберт Швейцер и что такое Space Invaders, не зависит от его (читателя) национальной принадлежности и языка, на котором он читает роман.

Должен сказать, однако, что в тексте нет ни одной реалии, которую я вписал бы в русский текст, не выяснив, что это такое. Частично результаты моих разысканий оказались отражены в послетекстовых примечаниях переводчика.

1.2. К этой группе отнесены имена и названия, которые "на слуху" в Италии и гораздо менее известны в России, такие как World Wildlife Foundation или ТелеМайк, а так же реалии, требующие обычной страноведческой и исторической справки — сыр горгонзола, мансарды, структура итальянской системы образования, отличная от нашей. Этот слой реалий быль снабжен постраничными комментариями.

Спорный случай представляло собой упоминание актера Белы Лугоши. Я все-таки решил его прокомментировать, исходя из того, что коммерческие американские фильмы 30-50-х годов были распространены в Италии несоизмеримо больше, нежели в СССР.

1.3. Сюда отнесены те реалии, которые схватываются на лету итальянцами и требуют для русского читателя слишком подробного, отвлекающего внимание комментария. Я старался избегать этого, вводя толкование в текст или сглаживая излишнюю конкретику. Так, в 13-ой главке первой главы в реплике отца: "Кое-кто начинал с жестянки, а теперь у него автомобильный концерн и пол-Италии впридачу, запомни это" — выделенные слова я добавил сам, чтобы компенсировать русскому читателю то, что сразу понятно итальянцу, тем более что действие происходит в Турине:

речь идет о семействе Аньелли, владельцах ФИАТа.

В 11-ой главке первой главы во фразах ""Девушка, а давайте сегодня вечером куда-нибудь съездим?" Я не тусовался по модным местам, и у меня не то что навороченной тачки — даже мотороллера не было," — в оригинале четко указано, какую именно "навороченную тачку" полагается, по мнению героя, иметь, чтобы все было нормально с девушками: это "Дайацу Фероца", один из самых дорогих японских внедорожников. Я сгладил это, потому что, помимо возникающей необходимости в сноске, это могло дезориентировать читателя: для итальянца мощный джип — устойчивый аксессуар мальчика из богатой семьи, а отнюдь не бандита, как для нас.

Так же, в 14-ой главке третьей главы, когда описывается дом Беатриче, Куликкья пишет: "В нём было комнат двадцать. Все — убраны в стиле "Мемфис"." Я, чтобы избежать длинной страноведческой справки посередине короткого абзаца, пишу просто "в суперсовременном стиле", вынося рассказ о дизайнерской группе «Мемфис»

(возможно — небезынтересный для читателя) в конец книги.

Подобные примеры можно было бы множить.

К этому кругу проблем примыкает проблема самого названия романа. По-итальянски он называется "Tutti giu per terra". Это последняя строчка детского стишка-считалочки:

Giro giro tondo, Casca il mondo, Casca la terra, Tutti giu per terra!