Читаем Вселенная Марка полностью

Зато наверху было красиво, через прозрачные стены океан был виден далеко, низкие редкие облака практически не загораживали бирюзовый перелив воды. Фактически, весь этаж занимала галерея вокруг центральной колонны диаметром в десять метров, вход в которую преграждали те самые ворота.

Когда я появился, Ри-ин-иту уже прохаживался возле них. На претенденте было подобие белой простыни, заколотой четырьмя пряжками с портальными камнями. Совершенно ненужная в этих местах вещь — реальностей, добравшихся до хвоста Стрельца, ещё надо было поискать, это с Земли прыгать безопасно, куда не перейдёшь, везде одна и та же планета, с людьми и живностью. А тут изначально живность тоже была, но не очень дружелюбная.

Ан Уриш, заметив мой взгляд, пожал плечами.

— Ещё одно преимущество землян, — сказал он. — Понимаю, что у предков Аш-Урб не было другого выхода, кроме как сбежать, но вот я скучаю по другим реальностям. А ты?

— А я — нет.

И пихнул ногой кота, а то расселся толстозадый прямо на мне. Эр-асу потянулся, отчего Ри-ин-иту слегка поёжился, подошёл к створке дверей-ворот, и легонько ударил по ней хвостом. Когда пыль рассеялась, проход оказался свободен. Ан Уриш вежливо поклонился, пропуская меня вперёд, ничего не оставалось, как зайти в этот зал, куда нас так долго, минут пять, не меньше, не пускали.

Не сказать, чтобы размерами помещение поражало, если только высотой, за счёт уменьшающейся толщины четырёх сходящихся колонн и выгнутого белого потолка казалось, будто он где-то вдалеке. На самом деле — метров тридцать, не больше. В центре, рядом с чёрной плитой, возвышающейся над уровнем пола, стояла женщина в красной рубашке и таких же шортах, босиком, с распущенными черными волосами. На то безобразие, которое кот учинил, она смотрела совершенно спокойно.

— Мы не приветствуем создания Восьмой, — произнесла она. И дипломатично добавила, — но всегда им рады.

Кот такой прогиб оценил, и больше ничего рушить не стал. Сел напротив хозяйки зала, дождался, когда я подойду, и потёрся об мою ногу. Он вообще был в выигрышном положении, потому что нам-то сесть никто не предлагал.

— Надо же, эр-асу, — раздался голос сзади, я обернулся. — Может, нам лучше отсюда уйти, пока не поздно?

Через отсутствующую створку вошли двое. Одну я знал, и помахал рукой. Марика мне подмигнула, пропуская вперёд смутно знакомого мне мужчину, лет сорока-сорока пяти, с небольшой черной бородкой, продетой через серебристое кольцо, и цепкими карими глазами.

— Здравствуй, Марк, — приятным баритоном сказал он, подойдя к нам. Хозяйке зала мужчина просто кивнул, как мне показалось, небрежно и без всякого почтения. А та вообще его проигнорировала. — Сколько мы не виделись, лет тридцать?

Я вспомнил, вообще на память давно уже не жаловался, прямо до момента рождения. В отличие от мутного изображения перед глазами новорожденного, тот день, когда я первый раз увидел этого человека, помнил отчетливо. Тёплый осенний день, старая деревянная церковь где-то за городом, куда мы долго ехали на машине, мама держит меня за руку, живая тётя Света и тогда ещё хороший дядя Толя передают вот этому мужчине Пашку. Сколько ему было, года два тогда, кажется, он ещё орал громко и пронзительно, креститься ни в какую не хотел. И попа забавно звали, я почти запомнил.

— Отец Динамит, то есть… Никодим? — уточнил я.

— Надо же, как дети умеют точно запомнить самую суть, — рассмеялся мужчина. — Давай знакомиться заново. Я — Наамар-уту Громеш. Пока еще эгир царства Исин, но думаю, скоро это будет не важно.

— А что стало с Ур-Наммурапи? — деликатно поинтересовался я.

— Устал, — коротко ответил очень старый Громеш, и подкинул на ладони каменный цилиндр. — Держи. Теперь эта штука — твоя. Царство Исин отрекается от семьи Уриш. Само, без всякого принуждения. И передает его судьбу в твои руки.

Я покачал ритуальную печать, которая слегка изменила рисунок на круглых гранях, оглядел собравшихся. Шаар-ат стояла совершенно спокойно, словно её вообще происходящее не касалось. Марика и Ри-ин-иту старались друг на друга не смотреть. Старого Громеша происходящее забавляло, он даже кота не боялся. К нему-то претензий нет, а вот к его внуку — вопросы имеются.

По традиции я должен был выбрать нового главу семьи. Не сразу — сама церемония была многочисленной и торжественной, а сейчас мы просто в узком кругу собрались, чтобы я сначала мог получить вот эту печать, хорошенько подумать, несколько лет желательно, а потом приложить поверхность с сияющими голубым символами ко лбу нового нуна Уриша — теперь уже единственного.

— Сколько всего претендентов? — на всякий случай уточнил я.

— Это основные, — Ри-ин-иту махнул рукой, в воздухе появились лица двадцати семи мужчин и четырнадцати женщин. — Сразу скажу, чтобы ты иллюзий не питал, вопрос выбора решен. Ты должен назвать любого, кроме меня, а потом уже мы сами как-нибудь разберемся. Можешь поговорить с каждым, как только шаар-ат даст своё разрешение, и сделать выбор, тут мы полностью тебе доверяем.