Читаем Все сошли с ума полностью

— Я смотрю, Валентина, что на диалог ты сейчас не настроена… — проницательно предположил он.

— Ты угадал… С меня довольно того, что Максим теперь в безопасности.

— Да, такая штука жизнь, — Михаил Анатольевич замотал головой, — нет, а все-таки, Валентина…

— Потом, Миша, все расскажу… завтра. А сейчас я, пожалуй, домой пойду. Ты не возражаешь?

— Может, ко мне поднимемся, по рюмашке… Такое дело обмыть надо!

«В своем амплуа», — подумала я. — Я вот тут заявление написала…

— Да хватит тебе, Валентина, не смеши народ! Ну что бы я без тебя делал? — Мещеряков лукаво улыбнулся. — Остаешься? — насторожился он, видя, что я продолжаю сохранять серьезное выражение лица и молчать.

— Только при одном условии… — я поймала себя на мысли, что еще минута, и я то ли рассмеюсь, то ли разрыдаюсь. В горле стоял непроходимый комок слез, в то время как улыбка силилась растянуть мои плотно сжатые и уже начавшие подрагивать губы. Озадаченная физиономия Мещерякова сыграла роль допинга для этой несвоевременной, на мой взгляд, улыбки, которая все-таки пробилась сквозь горячее клокотание всхлипа в груди.

— Это какое еще условие?

— Иди, Миша, иди… — я устало махнула рукой, — не сегодня.