Читаем Всё хорошо! полностью

(Кто ему про журналистку слил? Уволю Козлову! А может, он мысли читает? И чего ему башня эта помешала? А может, и вправду здесь тайный код формулу жизни скрывает. Нет башни — нет кода. Нет кода — нет надежды истину узнать. Может, он в интересах каких-нибудь темных сил всю эту реконструкцию затевает, моими руками причем!)

— Вы же образованный человек, господин Четвертаков! Неужели вас эти суеверия смущают? Средневековье! Да вы посмотрите, уже и кода-то нет никакого, жильцы все краской красной замазали! И во двор не попасть! Ворота из сплошного железа, ни щелочки любопытствующим не оставили! Сами прошение в мэрию подали о сносе ненавистной башни! Так что совесть ваша чиста!

— Да я не про совесть, я про историю. Нельзя эту башню сносить! По крайней мере, я в этом участвовать не хочу! Город — это же единый организм. Вам палец на ноге отрезать — и вы уже мир не так воспринимать будете! Это все равно что Ротонду снести или наш Круглый дворик в квадрат переделать!

— Правильно вы рассуждаете! Снести и переделать! Ну что ж, если вам контракт не нужен, так и вопросов нет. У меня очередь из менее разборчивых подрядчиков. Приятно было познакомится, господин Четвертаков.

— Взаимно, господин Ахманов. Однако хотел бы отметить, что территория от Днепровского переулка до Девятой линии уже прошла согласование, и я не совсем понимаю, почему наша компания вас не устраивает в плане согласованного объема работ.

— Устраивает, очень даже устраивает. Но начать надо с этого двора. Такое мое условие. Подумайте хорошенько и если надумаете — звоните.

(Что-то голова кружится. Будто тени крыльев черных в окнах мелькают. Вот гад! Как я Максу скажу, что всех нас, всю компанию, из-за прихоти своей заработка лишил? Ладно, прорвемся.)

— А можно вопрос?

— Пожалуйста!

— Где ваша машина, господин Ахманов? И охрана? А если вас тут в темной подворотне по голове стукнут?

— Уж не вы ли, господин Четвертаков? Ха-ха-ха!

(Ну и гогот, как будто банку консервную ножом тупым режут. Действительно, башня как башня! Архитектурной ценности ноль. Цифры таинственные уничтожены, вон там, на самом верху едва проступают. Что это над крышей? Неужели грифон? Черный, крылья огромные, голова звериная. Не может быть. Допился, Четвертак, до галлюцинаций. Вдох. Выдох. Считаем до десяти. Медленно поднимаем голову… Ну конечно, это же змей воздушный, шутники, мать их. Можно аборигенов понять, если им каждый день такую чертовщину во двор тащат.)

— Извините, господин Ахманов! Я тут подумал… может, вы правы? Зря я копья ломаю…

(Ну и где же этот олигарх? Растворился, дьявол! Один голубь растрепанный по двору ковыляет. Кто там еще трезвонит?)

— Макс, привет, как дела?

— Стоим тут, как бедные родственники, никто не спускается, даже в переговорную не ведут. А у тебя?

— Ничего жизнеутверждающего. Грифон черный над башней летает, а тип этот, Ахманов, в дожде растаял.

— Приехали! Ты вообще откуда звонишь, не из психушки, часом? О, девушка к нам направляется. Красивая девушка, длинноногая, в твоем вкусе. Ба, все, как по приказу, вдруг вежливыми стали и предупредительными. Молодец, Четвертак! Наша взяла!

— Не знаю. Не уверен…

(Почему, когда никуда не торопишься, пробок нет? И если не ждешь никого — нужные люди звонят… Или сделки срастаются, и деньги сами прут… А потом все случается наоборот. За все, Четвертак, платить надо! Как бы цена вопроса все дивиденды не убила!)

— Как так отложили? Что еще за новая редакция? Где читать? «В связи с увеличением объема работ сумма контракта…» — что это? У меня в глазах двоится или сумма вдвое увеличилась?