Хлопаю глазами, осмысливая его слова. Вот черт. Но если дело не во мне, тогда почему?…

– Всё благодаря Ким, – поясняет он, грустно улыбаясь. – Благодаря ее помощи я всё-таки поступил в Калифорнийский университет. Уезжаю на следующей неделе.

На следующей неделе?

– Это… просто замечательно.

Вот только никакой радости я не испытываю.

Одергиваю себя: я снова это сделал, снова подумал сперва о себе любимом, хотя речь, вообще-то, о Сэме. Если Сэм готов уехать, нужно отпустить его на все четыре стороны.

Он ведь тоже меня отпустил, не мешает мне жить дальше – как я того и хотел. Но почему-то я не представлял, что всё будет вот так.

– Мне нужно уехать, старина, – продолжает Сэм, очевидно, уловив мое смущение. Мы дружим больше десяти лет, неудивительно, что он знает меня как облупленного. – Последние полтора года были… – Он осекается и тяжело сглатывает.

Полтора года? О чем он говорит?

– Проклятье! – Сэм запускает пятерню в свои густые темные волосы. – Ты ведь знаешь, что я не специально это сделал, правда?

– Что сделал? – озадаченно спрашиваю я. – Ты о чем?

– Тот случай во время матча, – убито произносит он. – Я отвлекся всего на секунду, и этот парень промчался мимо меня. Когда я услышал треск… – Он умолкает, глядя на меня округлившимися глазами. Сэм испуган. – Я думал, что никогда не смогу выкинуть из головы этот звук. – Он с силой трет лицо ладонями, качает головой. – Не только ты всего лишился, мы оба всё потеряли из-за той секунды, когда я всё прогадил.

– Сэм, это не из-за тебя, – говорю я. Мне хочется, чтобы он понял. – Знаю, ты не должен был дать тому парню прорваться… – Я умолкаю. Почему Сэм так себя винит? Вспоминаю тот роковой вечер, когда мы с Кимберли ехали в машине. Ее слова. – Но ведь я заставил вас заплатить за свое несчастье. Я взвалил всё на вас двоих.

Сэм издает хриплый горестный смешок.

– И опять ты свел разговор к себе.

А разве речь не обо мне?

– Да. – Он кивает. – Я сожалею о том случае. Мне чертовски жаль, что из-за моего промаха твоя карьера накрылась медным тазом. Будь у меня возможность вернуться в прошлое, я бы всё исправил, но… – Он вздыхает. – Только не по той причине, о которой ты думаешь.

Озадаченный, я откидываюсь на спинку дивана.

– Если бы я не упустил того парня, то сейчас не оказался бы у тебя в долгу. Всё это время я занимался только этим: пытался вернуть тебе долг…

Кусочки мозаики встают на место.

– Из-за этого я выбрал тебя, а не Кимберли. Выбрал друга, а не любимую, наступил себе на горло. – Он прикладывает руку к груди. – Я ставил твои чувства на первое место, потому что это я всё испортил. – Он сглатывает. – Каждый раз, когда Кимберли плакала, мне хотелось сказать, что я ее люблю. Каждый раз, когда вы ссорились, мне хотелось вмешаться и защитить ее.

Теперь мне всё ясно. Букет синих тюльпанов на могиле. То, как Сэм смотрел на Ким во время вечеринки. Все те мелочи, которые я так долго не замечал лишь потому, что не давал себе труда посмотреть внимательнее.

– Я всё еще ее люблю. Не могу избавиться от этого чувства, и, если уж начистоту, не хочу забывать. – Сэм сжимает кулаки. – Я предпочел бы любить ее всю жизнь и молча страдать – только бы не отпускать ее ни на секунду. Возможно, однажды… возможно, однажды я смогу забыть, но пока не могу.

Некоторое время он молчит, потом смотрит на меня.

– Как только ты произнес имя Марли, я понял, что она для тебя не просто хорошая знакомая. Я это понял, потому что испытывал то же самое к Ким.

Я роняю голову на руки и прячу лицо в ладонях. Проклятие. Это слишком тяжело осмыслить.

– Боже. Прости, Сэм. Я…

Сэм кладет руку на мое травмированное плечо, заставляя меня умолкнуть.

– Это была моя вина, и все свои решения я впоследствии принимал сам, но… больше я не могу жить с чувством вины.

Я качаю головой, поднимаю на него глаза.

– Вам обоим давно следовало выбросить меня из своей жизни.

Сэм фыркает и возводит глаза к потолку.

– Заткнись. Можно подумать, от тебя так легко избавиться. Ты не бросаешь людей, поэтому и мы тебя не бросили. – Он печально улыбается. – Кроме того, Ким ведь пыталась. Семь. Раз.

Мы оба начинаем хохотать. Мне становится немного легче, чувствую, что с души упал тяжелый камень, но в то же время мне грустно.

– Итак, – говорю я, отсмеявшись. – Ты уезжаешь.

Сэм кивает: серьезно, но ободряюще.

– Ага. Сваливаю отсюда.

– Ты же знаешь, я буду приезжать в гости, да?

– Только попробуй не приехать.

Он улыбается, и одно долгое мгновение мы смотрим друг на друга. Сэм – клей, связывавший нашу троицу вместе, помогавший мне не развалиться на части, – занимает свое место в жизни.

– Полагаю, это и есть взросление, – мрачно произношу я.

– Честно говоря, мне уже тошно, – признается Сэм, словно прочитав мои мысли. Мы, не сговариваясь, пожимаем друг другу руки, стукаемся кулаками и улыбаемся.

– Всегда вперед, – говорю я и хлопаю друга по плечу.

Я знаю: в будущем наша дружба, возможно, будет не такой, как прежде, но раз уж она не закончилась даже после всего случившегося, то не закончится никогда.

Глава 23

Без Сэма жизнь кажется странной.