Читаем Врезано в плоть полностью

Арбор Вейли был довольно старым комплексом – Сэм предположил, что его построили примерно в семидесятых – но чистым и ухоженным. Место совершенно не походило на прибежище нечисти, но если Сэм хоть чему-то научился за жизнь, то мог сказать, что внешность обманчива. Хотя монстры, демоны, призраки и прочие твари тяготели к темноте и упадку, их с тем же успехом можно было найти вынюхивающими добычу в преуспевающем пригороде, что и на заброшенном кладбище. Зло – настоящее Зло, с большой буквы – могло находиться где угодно и в любое время.

Пруд находился у подножия пологого холма, и полиция Бреннана соорудила на вершине барьер из сигнальной ленты, чтобы зеваки не подходили слишком близко. Лента перевивала металлические колышки, вставленные в оранжевые дорожные конусы, но, несмотря на все усилия полицейских, лента обвисла достаточно низко, чтобы через нее можно было просто перешагнуть.

– Серьезно? – Дин смерил взглядом всю конструкцию. – Псы-шерифы[5] в этом городе и вправду думают, что это хоть кого-то остановит?

– Наверное, у них тут бывает немного крупных преступлений , – предположил Сэм.

Винчестеры безо всяких колебаний переступили ленту, но парень отшатнулся.

– Вам точно надо, чтобы я туда спускался? – уточнил он.

Дин махнул в сторону пруда:

– Видишь, там утки плавают? Думаешь, они бы там остались, если б поблизости оказалась какая-нибудь ядовитая дрянь?

– А может, у уток естественный иммунитет к тому, что убило тех двух стариков, – прищурился парень. – Или то, от чего они умерли, было генетически запрограммировано быть смертельным только для людей.

– Приятель, тебе действительно надо поменьше сидеть в интернете, – заметил Дин.

– И потом, я не хочу подходить близко к лесу.

Сэм и Дин переглянулись.

– Почему? – поинтересовался Сэм.

– Дикие собаки, – объяснил парень. – По слухам, леса вокруг города ими прямо кишат. Я сам ни одну не видел, но многие видели. Есть тут одна особенно жуткая тварюга. Большая и черная.

– Черный пес, – Дин снова взглянул на брата. – Неужели?

– Можешь возвращаться в офис, – разрешил Сэм. – Если нам что-то еще понадобится, мы зайдем.

Парень выудил из кармана рубашки визитку и вручил Сэму, который с облегчением прочел на ней фамилию «Стивенс». Почти правильно.

– Вот что, если нужно, позвоните. Ничего личного, но я от вас, ребята, не хочу чего-нибудь подцепить. Неохота закончить свои дни в виде чернослива, понимаете?

Не дожидаясь ответа, Стивенс развернулся и чуть ли не бегом направился к офису. Сэм спрятал карточку во внутренний карман пиджака, и они с Дином начали спускаться к пруду.

– Ну не параноик ли? – заметил Дин.

– Он не виноват. Тут действительно произошло что-то плохое.

– Думаешь, это «плохое» имеет какое-то отношение к черному псу, которого помянул наш Храброе Сердце?

Сэм пожал плечами:

– Не знаю. Возможно.

Призрачных черных псов люди видели на протяжении веков (именно по этой легенде Артур Конан Дойл написал «Собаку Баскервиллей»), но до сих пор не было точного ответа на вопрос, что это за твари. Большинство охотников верили в одну из двух версий: либо они демонического происхождения, либо такие формы принимают перевертыши. Сэм не видел причины отвергать какую-либо из них. В конце концов, экосистема сверхъестественного мира по-своему так же разнообразна, как и человеческого.

– Возможно, что-то живет в пруду, – предположил он.

– Может быть, – не стал возражать Дин. – Но если так, уток оно ничуть не беспокоит.

Подойдя к пруду, братья увидели два огороженных участка поменьше – один ближе к воде, второй чуть выше по склону. В обоих случаях лента образовала грубые прямоугольники.

– Похоже, местные копы считают себя очень ответственными, – заметил Дин. – Странно, что они не установили большой красивый знак «На вашем месте я бы повернул обратно».

– Ты про мюзикл[6]? – удивился Сэм. – Я ждал чего-нибудь из «Техасской резни бензопилой» или, может, из «Порки-2»[7].

– Просто пытаюсь расширять репертуар.

Добродушно подтрунивая друг над другом, братья осматривали территорию и держались настороже. Если ты охотник, то всегда обращаешь внимание на то, что происходит вокруг. Образы, звуки, запахи – все это может указывать на сверхъестественные проявления, но самое главное – то чувство, для которого нет названия. Собственно, ничего экстрасенсорного, скорее, обостренный инстинкт. Когда ты охотишься и выживаешь достаточно долго, развивается способность понимать, если что-то не так. Ощущение возникало на уровне подсознания, но Сэм и Дин давно научились доверять ему. Вот и сейчас это ощущение подсказывало Сэму: что бы ни стало причиной смерти двух людей, в нем не было ничего естественного.

Сначала они подошли к огороженному прямоугольнику на склоне. Дин достал ЭМП, включил и поднес к земле. Электромагнитные показатели оказались в норме, так что он выключил измеритель и спрятал в карман пиджака.

– Теперь мы знаем, что это не привидение.

– С момента смерти прошло двое суток, – возразил Сэм. – Если тут и оставалась электромагнитная активность, то могла вся выветриться.

– Может быть.