Читаем Время вестников полностью

— Иметь его конем, этого работодателя… — проворчал Серж. — Ты, кстати, его не видал случайно? Этот хмырь сулил мне по четыре безанта в седмицу за исполнение всяких там поручений, но до сих пор ни одного не заплатил. А я его найти не могу, чтобы жалование стрясти. Как думаешь, за успешную ловлю злоумышленников полагается прибавка? Да, и ты ведь мне так и не сказал — ну было нападение крестоносцев на Кипр и чем оно закончилось?

— Ангеррана не видел. А что до Кипра, то захватили его, — коротко ответил знаток истории Гунтер. — И сдали в найм тамплиерам. Только в нынешней истории, похоже, это событие произойдет не в апреле, а в ноябре.

— Апрель, ноябрь, какая разница? — отмахнулся Казаков. — Главное, захватили. Значит, все идет по плану. Знаешь, я — душа простая, такими вопросами предпочитаю не париться. Живу сегодняшним днем — прошлое, типа, уже прошло, будущее пока не настало…

— Хорошо тебе, — рассмеялся Гунтер, но тут же посерьезнел. — У меня, наверное, душа немножко посложнее, так что я тут поразмыслил на досуге… Мне эти события в гавани крайне напоминают поджог Рейхстага в одна тысяча девятьсот тридцать девятом — масштаб, конечно, иной, но подоплека примерно та же. Провокация чистой воды. Так что, во-первых, ищи, «qui prodest» — «кому выгодно». А во-вторых, помни: история мутная, и ты в ней напрямую замешан. Рано или поздно в таких делах обязательно ищут крайнего — так что будь очень осторожен, Серж, лишний раз не выпячивайся…

Нельзя сказать, что подобные напутствия успокоили и без того расстроенные нервы Казакова. Едва выйдя от приятеля, он с удвоенной энергией взялся за поиски своего работодателя — но так и не преуспел ни в этот день, ни в последующий.

Мессир де Фуа изволили объявиться двумя днями позже и причину своей отлучки разъяснять подчиненному не пожелали. Когда же Серж, тщательно обдумав предысторию событий в мессинском порту и старательно подбирая слова, заявил, что его работодатель был на удивление хорошо осведомлен о готовящемся поджоге, Ангерран только весело хмыкнул:

— Не буду спорить, знал. Что с того?

— Да ничего хорошего, — угрюмо буркнул Казаков. — Не нравятся мне такие игры, вот и все. Знаете, мессир Ангерран, там, откуда я родом, вашего фальшивого «купца с Кипра» назвали бы подставой, а то, как вы использовали меня, называется «играть втемную».

— Не понимаю, — равнодушно пожал плечами де Фуа. — И что?

— А то, что я не сажусь играть, когда не знаю правил! — повысил голос Сергей. — Вы состоите при дворе короля Ричарда. При этом натравливаете этого здоровенного дурака на Кипр. Это означает для него войну с союзниками, дополнительные расходы, людские потери, задержку в сроках. Сначала Мессина, затем Кипр, потом что-нибудь еще, в итоге войско будет изрядно ослаблено еще на подходах к Святой земле… Слушайте, уважаемый, а вы часом не на Саладина ли работаете?

Светло-голубые глаза де Фуа вдруг сделались удивительно холодными и колючими:

— Дорогой Серж… что-то я не припоминаю, чтобы мы вместе с вами шли через Аравийскую пустыню… или гнили в арабской тюрьме… или делили последний бурдюк воды и кусок хлеба. У меня нет причин откровенничать с вами. Я вас нанял и согласился научить жить… в наших временах. И мы вроде бы понимали друг друга: я говорю, вы исполняете. А уж на кого я работаю и каковы мои цели — это не ваше дело, я понятно изъясняюсь?

— Да, но…

— Соблаговолите заткнуть пасть и слушать! — рявкнул вдруг мессир Ангерран. Казаков невольно попятился. — Этот мир вам чужой, так не все ли вам едино — Ричард, Саладин, Комнин, Барбаросса? Или вы вдруг стали горячим сторонником этого, как вы изволили выразиться, здоровенного дурака с нелепым прозвищем Львиное Сердце? Или там, у вас, принято господину отчитываться перед слугой?

Казаков потупился. По большому счету, старый интриган был прав — генерал солдату не докладывает, а приказы, как прописано в надлежащей статье Устава ВС РФ, подлежат немедленному исполнению, но ни в коем случае не обсуждению. Правда, согласно тому же Уставу, исполненный приказ можно потом обжаловать у вышестоящего начальства… Нуте-с, и где прикажете это вышестоящее начальство искать? Пожаловаться здешнему Воланду? Нет уж, благодарю покорно…

— Виноват, ваше благородие, — мрачно буркнул он. — Зарвался. Простите засранца.

— Вот так-то лучше, — милостиво кивнул де Фуа. — И запомните на будущее, Серж: вы умный человек, но в нашей жизни разбираетесь, прости Господи, как араб в Святом Писании. Посему не задавайте лишних вопросов, ибо сказано: «от многих знаний — многие печали». Начнете перечить мне — и, обещаю, печалей у вас станет не просто много, а очень много. Держитесь за мной — и не пропадете.

— Но горя хватите, — пробормотал Казаков по-русски.