Читаем Время теней полностью

– Мегион манипулирует временем, – возразил Шану. – В вашей власти вмешаться.

– Во власти чартора – тоже. И мы делаем это. Но крайне осторожно, чтобы причинно-следственное цунами не снесло нас самих. Это инстинкт самосохранения.

Вновь стал накрапывать дождь. Стекла усеяло каплями. В просветах между тучами розовело небо.

– Долгий процесс, – вздохнул Шану. – Десять тысяч лет.

Стемнело.

Силуэт Фира четко прорисовался на фоне окна.

– А что стало со мной? – нарушил затянувшееся молчание Сардонис. – Со мной и Айнэ?

Фир улыбнулся.

– Вы встретитесь. От вашего брака родится предок Рауля. История твоего странствия, Мик – уже легенда. Фолнары считают, что ты рожден лунами.

Шану хмыкнул.

– А Хетх? – спросила Мелисса. – Там есть станция?

– Дети, – вздохнул Фир. – Вы не любите сказки со счастливыми концовками…

– Объясни.

– Раса Ветров существует. Во вселенной много рас, вы не знали? Не ищите во всем перст божий. Есть сюжеты, которые сами по себе. Этот народ достиг своего пика и уединился. Сверхразум-отшельник. Философский декаданс. Их мотивы неясны даже Мегиону.

– Дзен, – хмыкнул Шану.

– Что ты сказал? – Мелисса повернулась к нему.

– Древняя религия. Долго объяснять.

– Вера ждет, – сказал Фир.

Он так быстро переключился на другую тему, что Шану растерялся.

– Что?

– Она там, на восстановленной Земле. Мегион воскресил всех, чьи психоматрицы удалось достать.

– Ты не договариваешь. – Мелисса смотрела на дверь в конце зала. – Скажи им.

– Кошмар продолжается. – Фир шагнул от окна. Степь за его спиной раздвинулась порталом. И солдаты Хронокольца увидели Землю. Поля, скоростные трассы, изломы города на горизонте. Солнце. Настоящее, земное. – Грядет нашествие, способное уничтожить изведанный космос. И это не история. Вмешательство чартора, масштабная временная битва…

Его голос удалился, ослаб и растаял в иллюзорной учебной вселенной.

Трое поняли, что остались одни.

Сквозь бездну пространства Шану уловил образ. Тусклое помещение, заполненное водой… Нет. Циклопический пузырь, затянутый силовым коконом, освещенный изнутри сотнями глубинных солнц, чешуйчатые тела… Множество пузырей, размером с планету, генетически измененные существа, защищенные стасисом от бесконечного путешествия…

Образ померк.

Где-то над Ла-Маншем, на дне карфагенского фонтана, лежала монета.

2001–2007