Читаем Время Скорпиона полностью

А за две недели до этого она проводила в Америку мужа. Он уезжал на год или два, а может, навсегда. Бежал от своей депрессии, устав вдруг от всего. Последние полгода были тяжелыми, Алина пыталась понять и помочь, но не сумела ни того, ни другого. Возможно, ему хотелось освободиться от Алины, которую он любил осознанно со всеми ее недостатками. Любил, предоставив ей полную свободу, ничего не запрещая и ни в чем не упрекая. И эта абсолютная свобода, в которой терялись их б лизость и понимание, тоже стала одной из причин его депрессии. Илья был журналистом-международником, говорил и писал на нескольких языках. Много лет они прожили за границей. В 89-м все стало меняться, появилась свобода выезда, и, имея пятилетнюю американскую визу и реальные предложения, он решил уехать в одиночку и переосмыслить свою жизнь.

Их шестнадцатилетний сын учился за границей, еще один плюс привилегированного положения в стране Советов. Муж Алины зарабатывал приличные деньги, и они могли себе позволить дать сыну хорошее образование. Во всяком случае, окончить гимназию в Западном Берлине, где они прожили последние восемь лет.

Сама Алина никогда не работала. Вышла замуж в девятнадцать лет и стала ездить с Ильей за границу. Появился ребенок, постоянные переезды, в Москве подолгу не жили, так что пришлось осваивать карьеру домохозяйки.

Алина была веселой оптимисткой и, хотя ныла иногда по поводу Москвы, друзей и близких, но хорошо понимала, насколько их жизнь за границей отличалась от жизни обычных москвичей.

И вот теплым майским днем 89-го года молодая, свободная, беспечная Алина ехала в неведомое ей Кокосово-Борисово с симпатичным веселым парнем по имени Серый, Серега, Сережа.

В автосервисе Алина была усажена на скамейку, а Серый здоровался с мастерами в замасленных комбинезонах, хохотал с ними, и было видно, что все ему рады. Выскочил плотненький дядька в мешковатом костюме.

– Привет, Серега. Как дела? Что? Весь комплект? Серый, имей совесть, мы всего ничего получили. Да я обещал уже людям… Что, еще и диски? Ну ты бы хоть предупреждал…

– Давай, давай, Коля, не жмись. Да пусть поскорее сделают, некогда рассиживать. Ты знаешь, я в долгу не останусь.

И вот через полчаса Кузнечик бодро выкатился из ворот на новеньких колесах. Серый сидел за рулем, Алина села рядом.

– Сколько я должна, Сережа?

– Да ладно, ерунда.

– Сережа, я в состоянии заплатить любую цену. Вы и так меня буквально спасли.

– Да ладно, Алина, расслабься. Мне это ничего не стоило, с меня здесь денег не берут.

– Ну, это ваше дело, а я хочу заплатить по коммерческой цене, как везде.

– Ух ты, даже по коммерческой! Тогда давай так: машина твоя требует хорошего ремонта, там стучит, здесь гремит – ты ее заездила. Я ребятам скажу, они все сделают, потом разберемся, идет?

– Ну конечно, – обрадовалась Алина.

То, как легко он перешел на «ты», ее удивило, но она решила не обращать внимания. На Гоголевском Серый пересел в свою машину и, сказав, что позвонит в ближайшее время, укатил.

Он позвонил на следующее утро, спросил адрес и попросил спуститься во двор через час. Оказалось, что ехать Алине никуда не нужно, Серый сам отвезет Кузнечика в сервис и через пару дней привезет назад.

– Вы попросите их не задерживать, мне без машины не очень удобно, – сказала Алина.

– Да нет, сказал два дня, значит, послезавтра вечером привезу. Работы там много. А без машины не останешься. Бери документы, ключи, будешь на моей ездить.

– А доверенность? И вы без доверенности как поедете? А если остановят?

– Да брось ты усложнять, Алина. Остановят – заплатим, какие проблемы. Ну, пока, позвоню.

В те далекие времена доверенности заверялись нотариально, но легкость, с которой Серый решил этот вопрос, позабавила Алину.

Через два дня он позвонил сообщить, что машина готова и он вечером приедет.

Войдя в квартиру, Серый удивленно и даже немного растерянно произнес:

– Ничего себе живешь…

Алине и самой нравилась эта квартира в старинном доме с пятиметровыми потолками, большой кухней и огромной гостиной. Деревянная винтовая лесенка вела в кабинет, который был выстроен над спальней и коридором. В гостиной во всю стену от пола до потолка – книжные полки, заполненные книгами и альбомами с репродукциями. Квартира нравилась друзьям Ильи и Алины, она находилась в таком месте, что всем по пути, и гости в ней не переводились. Метровой толщины стены не пропускали звук, и музыка могла звучать до утра, не раздражая соседей.

– Да вы проходите, Сережа – пригласила Алина. В гостиной, увидев книги, он присвистнул:

– Ты что, все это прочитала?

– Ну, в общем да. А вы любите книги?

– Да нет, это я так спросил, удивился, зачем столько? Это ж никогда не прочитать. А квартира хорошая. Моя вся, как эта комната, хотя и трехкомнатная.

– А у вас семья есть?

– Да. Жена, дочка, и теща с нами живет.

– А дочке сколько?

– В школу пойдет осенью, лет семь, наверно.

– Точно не помните? – улыбнулась Алина.

– Семь, точно, – Серый положил на столик ключи, которые вертел в руке, и достал из кармана документы. – Ну вот, можешь ездить теперь спокойно, сам проверял.