Читаем Время Скорпиона полностью

Конфуций: не пиши письма в возбужденном состоянии. А выпивши? Ща как кликну… А вдруг, глядишь, накликаю? И улетит. Не воротишь ведь. А… была не была, где наша скорпионшая душа не пропадала. Сколько накликал, че добру пропадать?

Вру, вспомнил, не пил он, Конфуций, все морали да нотации. Вот Ли Бо – другое дело. Весельчак и шельма.

Иосиф

Добрый день, Nataly!

Не берите в голову и простите, что озадачил хорошего человека.

Вообще армяне в состояние совершенной отключенности не впадают. В конечном счете, обволакивающее действие алкоголя провоцирует помесь иронического куража, подтрунивания друг над другом и над собой и, конечно, неизбежный разговор о «тяжелой армянской судьбе». Есть даже анекдот. «Вопрос: как получить черную тушь? Ответ: надо взять стакан чистой воды и капнуть туда каплю армянской судьбы».

А сейчас нормальный ответ на Ваше письмо. Спасибо за вечерний рассказ. Черное. Вам идет точно. С конца 19-го века цвет интеллектуалов и загадочных женщин. «Божественный абсолют есть тьма, а не свет». Цитата: «просто относила перевод на заверение…» Какая прелесть это «просто»!

А потом застучали каблучками, та-та-та: «черные брюки, черный свитер, черные туфли, розовый кожаный пиджак… розовый – не леденцовый (помилуйте, как можно-с?!), а, пожалуй, очень светло-малиновый…» Да еще сводящая меня с ума гладкая прическа… Осталось только в легкой спешке накрасить перед зеркалом ресницы, чуть приоткрыв при этом губы, и мельком взгляд на меня назад… ну что, поразила!? Прелесть, Женщина Наталья! Может, я все это накрутил, тогда оставьте меня в этом теплом заблуждении.

Неистребимо вредного Скорпиона Вы удивили. Снимаю шляпу. И если моя «армянская судьба» будет ко мне благосклонна, то может, доведется услышать Ваше пение. Думаю, что это должно быть нечто притягательное.

На сцене стоять – штука магическая. Я, правда, пережил это в несколько буйной форме, когда играл в студенческой рок-группе. Но это другое.

«…в центре ладони ощущение от легкого… или мне показалось?» Не показалось, сударыня. Если только мне не показалось, что чьи-то ладони закрыли мои глаза, приблизившись со спины…

Nataly

Милейший Иосиф, по поводу звонка в дверь… надо понастойчивей… я после раутов и бомондов сплю крепко, так что нет моей вины, если Вам пришлось искать ключ в бесчисленных карманах.

Про черный цвет – как всегда точно. «Божественный абсолют…» – конечно, я и сама к этому же прихожу. Это, кажется, кто-то из философов времен Канта? Не уверена, но все же? В вопросах философии мне до Вас далеко. Вы мне иногда кажетесь сущим Ангелом, но чаще – Дьяволом, и я не знаю, в какой ипостаси мне нравитесь больше.

Действительно – почему нам, милым и соблазнительным, не удается накрасить ресницы, не приоткрыв чуть при этом губ?

По поводу моих вокальных экзерсисов: пою романсы, чаще под гитару. Лучше, если кто-то играет профессионально, я в аккомпанементе не сильна. Голос низкий, но говорят, неплохой…

Иосиф

Низкий голос? В письме не поймешь, но я был уверен, что низкий… Хотите позабавиться? Вот, искал специально для Вас фотографию времен рок-группы. Это я, скажем так, в невинные девятнадцать лет.

Nataly

Да… Будь мне в то время хотя бы лет четырнадцать, то потеряла бы голову… Эти длинные вьющиеся волосы по плечам… Представляю, сколько бедных девичьих сердец Вы разбили…

Иосиф

Потеряли бы голову? Может, мне перестать коротко стричься и отрастить волосы? А что, это мысль!

* * *

2008 год. Эрфурт

– С добрым утром, сонный Осик! Уж извини, что разбудил, но что-то я тебя несколько раз не заставал. Видно, куролесишь вечерами с молодыми девицами, мозги им пудришь… «под сладкий лепет мандолины»…

– Колюнчик, рад ужасно слышать твой голос! Да все равно уже пора начинать трудовой день… Какие девицы?! Чур меня, чур… Я серьезный господин почтенного возраста… кефир там… шашки…

– Знаем мы ваши шашки… Вот с этим и хотел поздравить, но не застал. Еще столько же, Осик, и в таком темпе, с таким настроем и в такой же великолепной физической форме… Поздравляю, мой дорогой, успехов тебе и личного счастья…

– Спасибо, милый, хотя неприятно это, брр… пятьдесят… не верится… ты уже пережил и свыкся, а для меня это какой-то рубеж, непонятный пока…

– Да брось ты, это все условность. Какой возраст? Главное – состояние души… ну и тела, разумеется, а с этим у тебя все в порядке. Здоров, красив, а уныние прочь… И счастья тебе желаю настоящего, живого, а не виртуального… Прочел, прочел я твое электронное послание о лиссабонской девушке Наталье… Что-то много эмоций для переписки неизвестно с кем, от скуки?

– А, получил, значит… смог разобраться со своей почтой? Молодец, делаешь успехи. Я так и подумал: сам не сможет, дочка придет на помощь… А так хотелось поделиться, не утерпел… настрочил тебе письмо.

– Только мне показалось, что ты слишком серьезно к этой переписке отнесся… С чего бы это? Ты же шутник, мистификатор, а тут вдруг такая лиричность…