Читаем Время и Деньги полностью

нужно предвидеть трудности, когда вы видите кратность золотой цены на потребительский товар или цену золота на средство инвестиции, как индекс Доу-Джонса. Когда деньги инвестируются, они действуют подобно потреблению, они выходят из обращения и поэтому несут кратность серебра, от 5 до 12. Когда деньги тратятся на спекуляцию, они несут кратность золота, от 2 до 4. Иллюстрация

Наиболее выразительная статистика исходит из великой нефтяной, серебряной и золотой мании приблизительно 1980 года. В предыдущие годы, как потребительский товар, нефть всегда следовала ценам серебра. Шестьдесят лет назад она была $1.25 за баррель. После большого подъема, который был связан с инфляцией, нефть держалась в диапазоне серебра, от $11 до $19, пока Ирак не вторгся в Кувейт. При $19 за баррель нефть слегка завышена. Диапазон цен от $30 до $40 за нефть ставит ее на кратность золота и потому неустойчив. Цена должна обрушиться.

На витке десятилетия металлы «взбесились», серебро достигло $17 за унцию. Исторически высокая, но реально не завышенная цена. $5 диапазон гораздо более удобен. Серебро постоянно перепроизводилось, что всегда препятствовало его превращению в стандарт валюты. Оно особенно перепроизводилось в нашей стране, фактор, который станет более ясным в главе о экономических стилях.

Когда нефть перешла за $30 за баррель, она вошла в зону золотых цен. Действительно, нефть была названа новым золотом, когда ОПЕК подтянула цену. Организация cтpaн-экcпopтepoв нефти могла подтянуть цену не просто из-за того, что они формировали картель, но потому что наша инфляционная экономика требовала такой цены. Арабы всегда имели здоровое уважение к золоту. Они не были обмануты плавающими долларами и международными соглашениями поддерживать стабильные цены. Когда золото вошло в серебряный диапазон, продаваясь за $900 за унцию, оно стало товаром. Нефть стала «золотом». Золото стало «серебром». Поскольку нефть по своей природе, как потребительский товар, не может занять место золота, которое как ювелирные изделия и украшения, не говоря уже о монетах, всегда в продаже, ситуация могла быть в лучшем случае временной. Нефть по цене $20 терпима. Нефть по $12 это соответствующий диапазон. Нефть по $5 за баррель является вероятностью, зависящей в конечном счете от стабильности на Ближнем Востоке и состояния федерального долга. Инвестирование против спекуляции

В 1929 году индекс Доу-Джонса достиг $380, близко кратности оценки золота 1933 года. (Поскольку стоимость золота была фиксирована законом 1929 года, мы не знаем, какой была реальная стоимость в это время.)

Отношения расценок Дoy к кратностям либо золота, либо серебра отражает тот факт, является ли рынок спекулятивным или инвестиционным. Когда Дoy расценивается в диапазоне серебра, предшествующий уровень от 500 до 1,200, акции потребляются, т.е. люди покупают и остаются настоящими инвесторами. Когда рынок находится в спекулятивной фазе, золотой диапазон, люди покупают, чтобы перепродать по более высоким ценам. Когда индекс Доу-Джонса превзошел 1200 в 1982 году (максимум кратности серебра), он перешел в спекулятивную фазу. Дoy, чтобы вновь стабилизироваться как инвестиционное, а не торговое средство, должен возвратиться к 1200 или подняться до 5000.

Рынки золотой кратности являются торговым и спекулятивным средством: золото, искусство, ювелирные украшения, акции. Спекулятивные рынки всегда опасны при большой продолжительности. Для акций опасность краха возникает, когда спекулятивная лихорадка тянет Дoy к кратности золота: что-то от 2500 и выше.

Во всяком случае Доу-Джонс является истинным индикатором фондового рынка, его уровень цен аккуратно отражал подлинную стоимость нашей торговли, когда измерялся относительно стоимости золота. При золоте от $350 до $400 за унцию и колебании Дoy между 3,000 и 3,400 мы находимся в

критической точке. Когда Дoy встал на отметке 3,000 и золото соскользнуло к $350 за унцию, мы подошли очень близко к главной коррекции. Сегодня и завтра

Текущий Дoy в золотом диапазоне и, следовательно, нестабилен. Чтобы определить границы этой нестабильности, мы должны измерить рынок относительно цены золота. Точкой коррекции Дoy будет кратность текущей цены золота к первоначальной цене, которая уже превышена, или 10-кратный уровень цен 1929 года (от $3,500 до $4,000). Проблема здесь более сложная, чем простые кратности. Мы уже видели, что сейчас более, чем достаточно денег в обращении, чтобы поддерживать высокие цифры Дoy, но торговый дефицит экспортировал часть этих денег, крах рынка «бросовых» облигаций, падение подлинной стоимости имущества и S&L неудачи устранили многое, что циркулировало внутри.