Читаем Время доверять полностью

Но ведь это не преступление! А чтобы как-то выжить! Для детей, для семьи рискует должностью! На службе у него, подполковника, зарплата в пятьдесят долларов. Как можно обеспечить семью?

Полгода как переехали в отдельную двухкомнатную квартиру, а холодильник купить не можем денег нет! Всё копим. Хорошо хоть депутаты жильё дали до подхода очереди. А так жили на одиннадцати метрах с матушкой — соседкой. Он обхватил голову руками и пошёл в спальню. Упал животом на диван и закрыл глаза.

В груди ухало. В ушах появился звон, стал нарастать. Как тогда, в детстве. Когда он стоял перед пионервожатым. А тот всё кричал и кричал — ругал за опоздание на линейку. Лето было жаркое, воздуха не хватало, зной проникал в тело отовсюду. И не было силы сделать шаг или сказать слово. Антон стал терять сознание, оседал на землю…

Марина с Олегом прошли на кухню и закрыли дверь. Илья лежал в кровати, отвернувшись к стене — может, спал?

В понедельник Антон заводил оперативное дело в отношении братьев Куликовых. Оформил бумаги, послал на регистрацию. Ему было интересно, какая новая работа появилась у «звездочётов». Скинул вопрос на пейджер Владимиру. Просил перезвонить в соседний кабинет. Решил быть осторожней. Рабочий и домашний телефоны из-за Олега могли стоять на прослушке РУОПом.

Позвонил Игорь. По голосу чувствовалось, что он рад. Записав информацию, Антон попросил, чтобы сообщили заранее, если наметится встреча с кем-либо из их руководства. Стал проверять по учетам.

Новый клиент — бывший полковник, преподаватель академии Комарова Никитин Лев Владимирович, 1946 года рождения. Проживал на Пархоменко в отдельной квартире с женой. Было странно — кому понадобился этот отставник?

Заботкин доложил Шапкину. Добавил от себя:

— Может, задание выпишем нашим филёрам, пусть походят за пенсионером.

Начальник неожиданно взбеленился:

— Ты что, хочешь, чтобы человека убили, пока мы будем бумаги подписывать и согласовывать? Быстро собрать ко мне весь отдел!

Антон обошёл кабинеты и сообщил о приказе начальника.

Пришло человек десять. Остальные — в командировках.

Шапкин был на взводе, точно готовил эскадрон к бою — шашки наголо:

— Значит так! Выезжаем на трёх машинах. Взять радиостанции, оружие. Будем охранять полковника, негласно. Заботкин — в паспортную службу заедь, сделай ксерокс формы номер один, чтобы мы знали, как он выглядит. Гордеев — сразу на адрес прописки. Делаешь установку, выяснишь приметы полковника — ну там рост, вес, сам знаешь, и дома ли он. Остальные со мной.

В скором времени машины выехали с парковки старинного дома на Лиговском проспекте, где на седьмом этаже размещалось областное управление. Через час личный состав уже собрался на Муринском. Шапкин провел инструктаж, распределил позывные радиостанций. Заботкин показал ксерокопию фотографии полковника. Гордеев назвал приметы и сообщил, что тот находится дома. — Трое со мной, — скомандовал Шапкин, ближний круг защиты, если преступник попытается войти в контакт с жертвой. Остальным по двое рассредоточиться, проверить близлежащие парадные, лестницы на чердаки. Подозрительных лиц досматривать.

Только оперативники распределились по местам, Лев Владимирович вышел из дома. Был он крупного сложения с маленькой головкой на бычьей шее.

Шапкин с подчинёнными стали его сопровождать, старались делать это незаметно. Начальник отдела считал себя маститым конспиратором — по молодости пару лет отработал в отделе по борьбе с карманниками. Поэтому старался производить слежку самостоятельно, оставляя подчинённых позади, маша на них рукой, ругаясь по рации.

Никитин вразвалочку сходил в магазин, купил себе большую пластиковую бутыль тёмного пива. Возвращаясь, присел на лавочке возле подъезда и стал медленно пить. Перелив содержимое в живот, прогулялся к пустующему детскому саду и опорожнился в кустах. Затем совершил пару пеших кружков по парку и вернулся домой. Через полтора часа снова пошёл в магазин за продуктами. Позже вывел на прогулку маленькую собачку.

Сотрудники доложили Шапкину, что все здания под контролем, никого подозрительного не заметили.

Часа через четыре эти манёвры оперативникам надоели, и они тоже послали бойца за пивом. Стали распивать в кустах, наблюдая через ветки за своим начальником и коллегами, которых он таскал за собой. Поглядывали на крыши и парадные, внутренне сомневаясь, что смогут засечь профессионального убийцу. Обсуждали вслух сомнительность мероприятия.

Вскоре полковник Никитин в домашнем халате снова появился из подъезда. Шёл, слегка пошатываясь, прямо к Шапкину, который в ожидании устроился на знакомой лавочке. Прятаться было поздно, и Сергей Моисеевич замер, прикинувшись отдыхающим. Лев был явно пьян и раздражён. Лицо налилось красным. Он встал перед Шапкиным и, покачиваясь, начал ругаться низким командным голосом: