Читаем Время доверять полностью

Очень обрадовался, когда Алла поехала к себе в общежитие и оттуда позвонила, что прилетела, значит, кавалером не обзавелась. Последнее время ему всё чаще приходили в голову мысли о будущем Николь. Вот встретит она молодого парня и забудет об Антоне, а вместе с ним и про работу. Все разработки — псу под хвост. Хорошо, если институт не бросит — считай, два года отучилась, скоро специальность пойдёт, будет интересней.

А значит, надо чаще встречаться, привязать её к себе, быть в курсе всех дел. Чтобы совета спрашивала, прежде чем что-то сделать. Быть мамой, точнее — папой, папочкой! Усмехнулся, вспомнив, как знакомился с Радой — подругой Аллы по институту, как шарахнулся от этого слова. Теперь сам назвался! Решил вечером обязательно поехать в общежитие. Приготовил бутылку шампанского.

Встреча была радостной — получил в подарок яркую футболку и тут же её надел. Антон за границей не бывал. Слушал агентессу с удовольствием, завидовал, подначивал путешественницу.

Алла смущалась как при первых встречах, но в душе ликовала. Как ей, беспризорнице, удалось побывать на международном курорте! Теперь она справится и сама. Знает, как всё делать — не маленькая. Уже познакомилась с парочкой молодых людей из челноков — будущие миллионеры! Те везли из Эмиратов холодильники, телевизоры, технику. Весь перелёт пили дорогущий виски, угощали, лезли целоваться. Потом стали петь песни, пока стюардессы рассаживали их на места и успокаивали. Вот это жизнь!

Где-то глубоко в душе возникла благодарность к Антону Борисовичу. Выплеснулась жаждой обладания. Толкнула его на кровать, начала раздевать. Скинула одежду с себя. Обнимала, целовала, не давая вздохнуть. Обвила ногами:

— Ну, давай, давай сильнее! Возьми меня как следует. Накажи свою непослушную девчонку. Покажи, что ты хозяин, давай, сделай…

Начала стонать и вскрикивать. В какой-то момент положила его руки себе на шею:

— Почувствуй, что я твоя! Придуши чуть-чуть. Хочу узнать твою силу!

Антон ощутил в ладонях её нежную кожу. Почувствовал, как Алла стала нервно сглатывать, задрожала. Шептала:

— Сильнее…

Он навалился весом, сжал, Алла изогнулась, начала елозить ногами, взбрыкивать. Хрипела:

— Ещё, ещё, не отпускай…

Антон похолодел от страха — лицо Аллы налилось алым, стало опухать. Она впилась ногтями в спину Заботкина, прижимая к себе. Продолжая подталкивать его дальше, только хрипела. Начались конвульсии, по лицу пошли фиолетовые пятна.

— Я не могу-у-у! — выдохнул он через стон. На лбу выступила испарина. Отпустил горло, похлопал девушку по щекам — раздувшееся лицо стало опадать.

Алла блаженно улыбнулась — у него получилось! В глазах туман. Притянула испуганное лицо Антона, начала целовать губы, щёки, нос…

Антон неожиданно вспомнил — прямо как мама, после того как в истерике отлупит ремнём.

Утром расстались с сожалением, точно успели срастись. Без слов — в молчании, будто именно в нём был железный уговор о новой встрече, продолжении упоительного общения.

Но не случилось…

В изолятор ГУВД был этапирован маньяк Сибиряков, который проникал в квартиры под видом сотрудника «Ленэнерго». Его задержали в конце прошлого года, когда он пытался получить выкуп за себя самого и обратился с таким предложением в программу«600 секунд». Надо было срочно в очередной раз организовывать разработку, выявлять свидетелей и доказательства по всем эпизодам преступной деятельности.

Заботкин пытался примерить его на убийство Ольги и других девушек.

Задержался до полуночи. Затем поехал домой. Уже ложась спать, вспомнил о Николь. Внутри стало зябко, точно от нехорошего предчувствия. Подумал — просто устал и начинает заболевать. Сходил на кухню. Налил полстакана водки, насыпал чёрного перца и залпом выпил. Как уснул, не помнил.

Алла пропала. Несколько раз звонила, была пьяна, приглашала к себе в общежитие, но не приходила. Беспокойство Антона переросло в ожидание неприятностей.

Так и произошло.

На утреннем совещании в сводке происшествий прозвучал знакомый адрес в Кировском районе. Девушка выбросилась из окна, госпитализирована в тяжёлом состоянии.

Заботкин даже привстал незаметно для себя, точно хотел окунуться в те бумаги, где отражалась новость. Заглянуть через них в квартиру, увидеть место падения. Взять Аллу на руки…

Из памяти резануло:

«Я знаю, это ты всё сделал! Ты! Зачем? Отпусти его немедленно! Иначе меня вообще не увидишь совсем, я выброшусь из окна…»

Угроза оказалась пророческой…

Едва дождался окончания совещания, побежал к телефону.

Из дежурной части отдела милиции сообщили, что Алла отправлена в больницу, есть задержанные. Получив разрешение у руководства, Антон поехал в территориальный отдел.

«Исусика» ещё допрашивали. Он сидел весь красный, взмокший от пота, волосы растрёпаны. Жидкая бородёнка нервно подёргивалась:

— Я ни причём, — дрожа, оправдывался он, — я вышел на кухню! Откуда я знал, что этот молодой придурок будет её душить по-настоящему? Я его не знаю, вместе в изоляторе сидели, на днях освободились!

Приятелем Ивана оказался парень лет двадцати пяти, мускулистый судимый здоровяк в наколках.