— Я еще раз поговорю с Эном Бариком. И не забудьте, — прибавила я, — что мы до сих пор не знаем, как «Калипсо» добралась сюда. Я обнаружила кое-какие доказательства того, что их полет пятьдесят лет назад проходил по намеченному курсу и не представлял собой ничего необычного, но мы не знаем, что случилось потом.

Мердок застонал, у него не хватало пальцев на руках, чтобы пересчитать те факты, которых мы не знаем.

День третий, 4:00 утра

«Ему нужно кое-что в той зоне станции, в которую ему трудно добраться. Речь идет о складском отсеке в «Сигме». Он дал мне приспособление, необходимое, чтобы беспрепятственно войти туда.

Он говорит, что я не должен знать подробностей.

Он говорит, что это нлитри. Если попытаться перевести это понятие, то наиболее близкое к нему по смыслу слово будет «информация», хотя нлитри шире по своему значению и вмещает в себя все — от докладной записки до пророчества. Я полагаю, что эта информация находится на чипе или каком-нибудь другом устройстве хранения данных. Мастер снабдил меня всем необходимым, чтобы переписать ее в любом случае.

Он обещал многое рассказать мне, как только я заполучу нлитри, а вы знаете, какое значение имеет для меня всякая новая информация.»

Нашел ли Квотермейн то, за чем был послан? Судя по его второму письму — да, нашел.

«Я буду ждать вас, потому что хочу передать это именно вам. Мне кажется, я знаю, зачем ему нлитри, но мне не нравится то, что он задумал. Он велел мне вернуть все, но я сказал, что потерял это.»

Возможно, сказав Эну Барику о том, что потерял «это», Брин подписал себе смертный приговор. Может быть, кчин завладел информацией и Барик уже получил то, что хотел. Но в таком случае именно Эн Барик является тем таинственным лицом, которое управляет кчином. Однако это предположение еще больше запутывает все дело, вне зависимости от того, что говорит Мердок о галактических заговорах. Если Эн Барик знал, что в сговоре участвует кчин, то зачем он тогда попросил Квотермейна принести ему нлитри? Впрочем, возможно, инвиди просто не доверял кчину, существу непредсказуемому… Однако снова возникает вопрос: зачем Эну Барику понадобилось бы убивать Брина? Он просто мог бы дождаться, когда нлитри будет доставлено ему.

А что, если — подсказывал мне внутренний голос — Эн Барик перехватил второе письмо Квотермейна, в котором тот говорил, что хочет передать нлитри мне, а не инвиди? И почему Брину не нравились замыслы Барика, связанные с находкой?

Конечно, невмешательство Барика в дела станции оказалось такой же фикцией, как и невмешательство инвиди в дела Земли. Даже Вич полагал, что Эн Барик мог войти в контакт с Конфедерацией, если бы захотел. Вместо этого, вместо попыток заполучить что-то из того, что находилось на борту «Калипсо», ему следовало бы просто помочь нам выбраться из этой передряги.

Я была ужасно рассержена на Брина. Нет чтобы немедленно явиться ко мне и все рассказать — он стал клясться в мистической привязанности к инвиди, а затем, надев нелепый костюм, отправился в складской отсек, изображая из себя грабителя. Если бы он был сейчас здесь, я бы его…

Я прижалась лбом к стене кабины, пытаясь справиться с охватившим меня горестным чувством утраты. Не сейчас, ты не должна расслабляться, потом ты предашься своей скорби, твердила я себе…

Кто-то, стоявший позади меня, кашлянул. Большинство кольцевых лифтов вышло из строя, и мы вынуждены были использовать ручные подъемники, чтобы добраться из одного кольца в другое. Функционировали лишь вертикальные лифты. Типичная ситуация для нашей станции, подумала я, нажимая рычаг, чтобы продолжить продвижение по шахте. Мы отрезаем центр, и больше никому не нужно добираться туда, однако оставшиеся в рабочем состоянии лифты как раз и могут использоваться только для того, чтобы попасть в центральную, изолированную, зону. Иногда я думаю, что дух мин-ловушек, расставленных торами, продолжает преследовать нас и на станции.

Шахты ручных подъемников не такие узкие, как технические туннели, но все равно не очень приятно находиться в их замкнутом пространстве. А что, если кчин явится сюда?..

Наконец я достигла входа в шлюзовую камеру, ведущую в зону Дыма. Это был один из боковых входов, расположенный далеко от места гибели Квотермейна, Джонса и четырех других жителей станции.

Дверь шлюзовой камеры закрылась позади меня с глухим стуком. Я надела маску, ожидая, когда раздастся слабое шипение газа, извещающее о том, что началась замена воздуха.

Почему инвиди не обратился к нам с просьбой разрешить ему доступ к вещам, привезенным с борта «Калипсо»? Почему он решил действовать тайком? Что и для чего понадобилось ему? Исторические данные?