Читаем Время борьбы полностью

Я ПОСТУПИЛ ДОБРОВОЛЬЦЕМ В СЕВЕРНОРУССКИЙ ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЙ ОТРЯД, будучи искренне уверен в том, что посылка этого отряда настоятельно необходима для того, чтобы можно было увести из России наши войска, доведенные до полного изнеможения ожесточенной борьбой в обстановке суровой полярной зимы... Как только я приехал в Архангельск – это было в конце мая, – у меня с первого же дня создалось такое впечатление, что политика, проводимая в России нашими властями, не соответствует официальным заявлениям...

У НАС НЕ БЫЛО СТОЛКНОВЕНИЙ С РУССКИМИ В АРХАНГЕЛЬСКЕ, но до отъезда со мной произошел один неприятный случай. Выдающийся русский полковник, доблестно сражавшийся под началом союзников и хорошо мне знакомый, попросил разрешения встретиться со мной. Он был награжден британским орденом, которым очень гордился. И вот этот офицер вошел в мой кабинет и отдал мне честь. Затем он положил свой орден на стол, разделявший нас. За две минуты он высказал мне все, что думает о союзниках и их поведении. Потом снова отдал честь и вышел вон. Долго я сидел в полном молчании, глядя на отвергнутый орден, которым в свое время была отмечена беспримерная доблесть.

ВЧЕРА ПРИБЫЛ ГЕНЕРАЛ НОКС... Его душа озлоблена. Он сообщает мне грустные факты о русских. 200 000 комплектов обмундирования, которыми он их снабдил, были проданы за бесценок и частью попали к красным. Он считает совершенно бесполезным снабжать их чем бы то ни было.

БЫЛО БЫ ОШИБОЧНО ДУМАТЬ, ЧТО В ТЕЧЕНИЕ ВСЕГО ЭТОГО ГОДА мы сражались на фронтах задело враждебных большевикам русских. Напротив того, русские белогвардейцы сражались за наше дело. Эта истина станет неприятно чувствительна с того момента, как белые армии будут уничтожены и большевики установят свое господство на всем протяжении необъятной Российской империи...