Читаем Время Андропова полностью

Там же на конференции, отвечая на вопрос, как он попал в обком комсомола, Андропов рассказал: «Я был на совещании зав. отделами пионеров, до этого я работал 15 дней в горкоме комсомола. Затем Пудова мне говорит, что она разговаривала с Брусникиным, он спрашивал, стоит ли выдвигать меня заведующим отделом. После этого я прихожу в кабинет к т. Брусникину, он говорит, что у нас есть мнение выдвинуть тебя на работу зав. отделом учащейся молодежи. Я говорю, что я работник новый и с этой работой не справлюсь. Он говорит — справишься, и на этом вопрос кончился. После этого на пленуме обсуждали мою кандидатуру»[213].

Отвечая на вопросы при выдвижении в состав обкома комсомола, Андропов повторил историю своих стремительных перемещений: «…на городской конференции [в Рыбинске. — Н. П.] был избран в члены пленума, бюро и был утвержден зав. отделом пионеров, где проработал 16 дней, после этого был взят в аппарат обкома комсомола, где работал 14 дней»[214].

Вскоре освободилась вакансия 3-го секретаря обкома комсомола, и эту должность 19 ноября 1937 года занял Андропов[215]. Но официально на пленуме он был утвержден лишь 11 февраля 1938 года[216]. Вот это рост! И всего за несколько месяцев. Из комсорга на судоверфи — прямо в обкомовские руководители! Все же интересно, кто его так «двигал», кто его влиятельные покровители? Или, что скорее, дороги открылись после масштабных кадровых чисток? Увы, история умалчивает. Но как контактировать с органами НКВД, Андропов хорошо знал. На областной конференции он рассказал об одном случае, когда у комсомолки был арестован муж. Ее исключили из комсомола, и встал вопрос об исключении из техникума. Андропова попросили разобраться, и он поведал: «Я вызвал секретаря комитета, навел справки где нужно, и там говорят, что в данном случае на комсомолку Попову показаний нет, которые прямо ее уличали»[217]. Да, Андропов умел навести справки «где нужно». И в этом месте, вероятнее всего, его тоже хорошо знали.

В автобиографиях Андропова о его перемещениях в 1937 году все крайне противоречиво. Тут сплошные «разночтения в показаниях». В регистрационном бланке члена ВКП(б) должности перекрывают друг друга. Например, указано — с сентября 1937 года зав. отделом пионеров Рыбинского горкома комсомола и следующей строкой также с сентября — зав. отделом учащейся молодежи обкома комсомола. А в личном листке по учету кадров (из личного дела номенклатурного работника) те же должности, но вступление в них датируется июлем и августом соответственно[218].

Конечно, все это особо принципиального значения не имеет. Промелькнувшие промежуточные должности. Это просто к вопросу о достоверности сведений из учетно-партийных документов. Так, для источниковедческих штудий. Важно другое. Уже обзаведшийся семьей Андропов в сентябре 1937 года переехал в областной центр на работу.

Да, женился Юрий Андропов довольно рано, еще в годы учебы. И главное — по большой любви. Нину Енгалычеву, учившуюся в том же техникуме, он заприметил сразу. Писал пылкие записки. Отношения завязались в 1933 году, потом Нина уехала в Ленинград, с июля 1935 года работала электромонтером, лаборанткой на Усть-Ижорской опытно-показательной электроверфи. Андропов уговорил ее вернуться в Рыбинск. Как пишет биограф:

«Он в нее страстно влюбился, обучаясь с ней в одном и том же Рыбинском техникуме водного транспорта, но она — на электротехническом отделении. Девушка была привлекательна: длинноногая брюнетка, капитан сборной команды учебного заведения по волейболу. После его окончания она уехала работать в Ленинград. Он вернул ее в Ярославль, будучи пылко влюбленным. Вот подпись на фото: “На память о том, кто так нежно и страстно тебя любит. Милая, милая далекая и вечно не забываемо близкая Нинурка. В память о далеких, морозных, но полных счастья ночах, в память вечно сияющей любви посылает тебе твой хулиган Юрий”»[219].