Читаем Вредная (СИ) полностью

— Я?! Кто из нас первым тут растянулся?! — Фырча и насылая самые страшные проклятия на парня, траву, росу, юбку, и, конечно, прохожих, я все же поднялась и придирчиво осматривая себя, стала отряхиваться. На гетре остался след от зелени, волосы наверняка уже не уложены, синий бантик съехал, но в остальном — терпимо.

— Я не падал, я просто прилег. — Улыбнулся парень, закинув руки за голову, он смотрел на меня снизу вверх и даже не собирался вставать.

— Ох, да что ты! В следующий раз, когда захочешь отдохнуть, выбери местечко поспокойнее.

— Мне и тут неплохо: травка, солнышко, девушка, сверкающая своим бельишком перед моими глазами.

Мне потребовалось время, чтобы понять суть его заявления и перевести взгляд на свою юбку. Он поиграл бровями, показывая, что я не ошиблась с выводами.

— Ах ты гребаный извращенец! — Я пнула его в бок, и уже занесла ногу для второго пинка, как он схватил меня за нее и, дернув, заставил снова подскользнуться и растянуться на мокрой траве. Это какое-то проклятое место!

Секунду мы лежали, молча уставившись друг на друга, и тут лужайку перед Академией сотряс очередной взрыв дружного хохота. Я засмеялась так, что в уголках глаз собрались слезы, которые пришлось смахивать.

— Ой… Ох, не могу! — Пробормотала я, задыхаясь от смеха.

Тэйт усмехнулся и, подскочив, помог мне подняться, а затем, взяв меня за руку, чуть ли не волоком потащил через двор. Так мы и шли (ну, я пыталась это делать, не справляясь с управлением ног) на глазах изумленных одноклассников. Вообще, игнорировать их было довольно просто. Если посмотреть на Тэйта, то его вообще ничего в этой жизни не волновало. Ох, разве что «Шерри».

— Итак, на каком мы месяце? Не считай, что я тебе не доверяю, но все же я рассчитываю на тест ДНК. Не хочу воспитывать ребенка от Блэка.

Я закатила глаза и скинула с плеча руку парня, которую он уже успел туда забросить:

— Не начинай, прошу тебя.

— Вуд, О'Доэрти, вы не спешите на мой урок? — Миссис Стюарт, она же Гильза, она же преподаватель по математике и она же жена директора — стояла перед нами, мрачно осматривая из под огромных очков наш помятый внешний вид.

— Но звонка же еще не… — Мое возражение утонуло в звоне, оповещающем школу о начале первого урока. Гильза торжествующе посмотрела на нас.

— Миссис Стюарт, — Со всей серьезностью заявил мой спутник. — Вы опаздываете на урок.

Преподша вспыхнула от негодования:

— Вуд ты… Шагом марш, на занятия. — С этими словами она развернулась на каблуках и замаршировал в класс. Я хихикнула, и, дернув парня за рукав, последовала за ней. Может, этот понедельник все же очень даже ничего.

— Белые, кружевные. — Шепнул мне Вуд на ухо. Пока я поняла, что они имеет в виду сегодняшнее белье, которое он заприметил валяясь на траве, он уже с хохотом умчался на урок. Нет, все же что-то остается по-прежнему.

Адриан

«Летняя ночь. Она вышла из ворот своего дома, где я уже ждал ее минут 20. Она не опоздала, просто я не находил места дома, в ожидании встречи.

— Дай свою руку. — Говорю я, вместе приветствия.

Ее и без того большие глаза раскрываются чуть шире, в удивлении, но руку она протягивает. Я беру ее нежную и тонкую ладонь в свою, отмечая, какие тонкие у нее пальцы, украшенные простенькими золотыми кольцами. Медленно, смотря на нее, я кладу ее руку под куртку, ладонью на свою грудь, туда, где действительно бешено бьется за ребрами сердце.

— Бьется? — Спрашиваю я.

— Бьется. — Еле слышно, подтверждает она, а ее щеки заливает румянцем. От стеснения, от радости.

— Так оно бьется только при тебе, я же говорил… — Добавляю я и, достав ее руку, не выдержав, легко целую загорелые пальцы. Больше я ее ладонь не отпускаю, а переплетаю со своей, и мы идем на прогулку. Прогулку двух школьников, еще только начинающих разбираться в том, что же такое любовь, но точно знающих, как мы любим друг друга».

Писк будильника вывел меня из состояния воспоминания и заставил обратить внимание на время. 7 утра. Почему я вспомнил этот диалог? Не знаю. Тогда, впервые в жизни, я сделал что-то похожее на романтику… Я пытался завоевать сердце Алексис и постоянно убеждал ее в искренности своих чувств, а она не верила. Не верила и в фразы о том, что лишь при виде ее, даже когда я вижу от нее сообщение мое сердце начинает бить барабанной дробью. Мне хотелось разорвать грудную клетку и показать ей это. Хочется и сейчас. Хочется и сейчас…