Читаем Врата судьбы полностью

– Именно то, что сказала. Все идет насмарку. То, что мы нашли в «Черной стреле», казалось нам вполне ясным. Кто-то зашифровал это сообщение в книге, вероятно тот мальчик, Александр, и, согласно его сообщению, кто-то из них – по крайней мере, он пишет «один из нас», – словом, кто-то из семьи или из домочадцев причастен к смерти Мери Джордан, но мы понятия не имеем, кто такая Мери Джордан, и мы оказались в тупике.

– Что верно, то верно, ничего понять невозможно, – согласился Томми.

– Ну, тебе-то не показалось, что все так уж непонятно. А я в полном недоумении. Мне не удалось ничего о ней разузнать. По крайней мере…

– Судя по тому, что удалось выяснить тебе, она была немецкой шпионкой, ты это имеешь в виду?

– Да, так все о ней говорят, и я считала, что это именно так. А вот теперь…

– Да, – подтвердил Томми, – теперь мы знаем, что это неправда. Она была не немецкой шпионкой, а наоборот.

– Нечто вроде английской шпионки.

– Ну да, служила, как у нас говорят, в контрразведке или в органах безопасности. И явилась сюда в некоем качестве, чтобы что-то выяснить. Разузнать об этом… как его фамилия? Жаль, что я так плохо запоминаю фамилии. Я имею в виду этого офицера… не помню, морского или армейского. Того самого, который продал немцам секретные чертежи подводной лодки или что-то в этом роде. Ну да, теперь я уверен, что здесь было целое гнездо немецких шпионов, совсем как прежде, во времена «Н или М?», и они творили свои грязные дела.

– Похоже, что было именно так.

– И, надо полагать, ее послали сюда, чтобы она все разведала об их делах.

– Понятно.

– Итак, «один из нас» означает совсем не то, что мы думали. «Один из нас» означает «кто-то из соседей». Из тех, кто жил в этих краях. Но этот человек был как-то связан с домом или просто бывал там по каким-то делам. Значит, она умерла не своей смертью, а потому, что кому-то стала известна ее подлинная миссия. А Александр каким-то образом об этом проведал.

– Вполне возможно, что она притворилась немецкой шпионкой. И подружилась с капитаном… как там его звали?

– Назовем его капитан Икс, – сказал Томми, – если ты не в состоянии запомнить его фамилию.

– Ну ладно, пусть будет капитан Икс. Итак, она с ним подружилась.

– Кроме того, – продолжал Томми, – там находился еще один вражеский агент. Он был главой крупной организации. Жил в маленьком коттедже на побережье и, я сильно подозреваю, активно занимался пропагандой – писал всякие статьи, утверждая, что нам лучше всего объединиться с Германией, вступить с ней в союз и так далее.

– Все так запутано, – сказала Таппенс. – Все эти планы и секретные документы, заговоры и шпионаж. Невозможно во всем этом разобраться. Ясно одно: мы, скорее всего, искали не там, где следует.

– Ну, я не совсем с тобой согласен, – сказал Томми. – Я так не думаю.

– Почему это? Почему ты не согласен?

– Да потому, что если эта Мери Джордан была послана сюда для выяснения каких-то обстоятельств и если она действительно что-то выяснила, тогда они – я имею в виду капитана Икс и других людей из той же шайки, ведь были же у него наверняка подручные, – так вот, когда они обнаружили, что она что-то выяснила…

– Опять ты сбиваешь меня с толку, – сказала Таппенс. – Когда ты говоришь вот таким образом, я вообще перестаю что-либо понимать.

– Так вот, когда они обнаружили, что ей известно об их закулисной деятельности, им ничего не оставалось, кроме как…

– Заставить ее замолчать, – закончила за него Таппенс.

– Это звучит совсем как у Филипса Опенгейма, – сказал Томми. – А он писал гораздо раньше четырнадцатого года.

– Ну, как бы там ни было, им пришлась заставить Мери Джордан замолчать, прежде чем она успеет сообщить о том, что она узнала.

– Вполне возможно, что ей к тому же удалось завладеть какими-нибудь важными документами или письмами.

– Да, понимаю, что ты имеешь в виду. Мы должны искать не там, где искали раньше, а среди других людей. Если она была лишь одной из тех, кто должен был умереть от ядовитых трав и корений, ошибочно попавших в кухню из огорода, тогда я никак не могу понять, почему Александр пишет «один из нас». Ясно, что это не мог быть один из членов его семьи.

– Совсем не обязательно, чтобы отравителем был кто-то из домочадцев, – сказал Томми. – Любой человек мог набрать ядовитых листьев, похожих на те, что идут в пищу, связать их в пучок и подбросить на кухню. И совсем не обязательно они должны были оказаться смертельными. Вполне достаточно было того, чтобы все почувствовали себя неважно, вызвали врача, и врач, взяв на анализ пищу, обнаружил бы в ней присутствие ядовитого растения, которое по ошибке попало на кухню, а потом в пищу. Никто не подумал бы, что это было сделано нарочно.

– Но тогда умерли бы все, кто находился за столом, – возразила Таппенс. – Или по крайней мере заболели бы.