Читаем Врата скорпиона полностью

– Где-то в марте, – без тени колебания ответил министр. – Мы можем встретить их и не пустить в залив.

У заместителя госсекретаря Кохен лопнуло терпение, и она ударила ладонями по столу.

– Генри, вы не имеете на это никакого законного права! Препятствовать проходу военных кораблей – недружественный акт. Очень похоже на кубинский ракетный кризис, который чуть не кончился ядерной войной. Чего вы добиваетесь? Войны с Китаем? Атомной катастрофы?

– Я подготовил докладную записку, – парировал министр обороны. – Она находится на столе у президента. Мы получим приказ расправиться с фанатичными головорезами из Эр-Рияда. И к другим мероприятиям можем добавить морскую блокаду. Надо опередить китайцев. Они отступят, если столкнутся с несгибаемой волей Соединенных Штатов. Китайцы понимают, что мы способны в течение часа потопить весь их флот. И индийцы нам помогут. – Министр обороны захлопнул рабочий блокнот.

– Доктор Колдер, я ничего не слышала ни о каких докладных записках. – Кохен, дрожа от негодования, возмущенно повернулась к советнику президента по национальной безопасности.

– Это потому, милая, что у вас нет допуска, – презрительно фыркнул Конрад и, поднявшись, направился к выходу.

Доктор Колдер посмотрел на Кохен:

– Роуз, вопрос не рассматривается, поэтому он так бесится. – Советник президента внезапно встал и, оставив на столе рабочий блокнот, поспешил за министром обороны.

– Генри, подождите! – окликнул он его.

– На этом совещание, видимо, закончилось, – пробормотал Макинтайр, ни к кому не обращаясь. Проходя, он задел Кашиджиана, который в отличие от других сидевших в заднем ряду остался на месте, когда остальные ушли. Тот остановил его за плечо:

– Не противьтесь, Макинтайр. Иначе история не простит ни вас, ни Рубенштейна. Вы понимаете, о чем я?

– Не понимаю ни слова из того, что вы сказали, однако у меня складывается впечатление, что вы мне угрожаете. – Расти говорил так громко, чтобы его слышали все присутствующие в комнате.

– Плывите своей дорожкой, ладно? – посоветовал Кашиджиан и поспешил за шефом.

Зал оперативных заседаний внезапно опустел. Макинтайр заглянул в ресторан и заказал два йогурта из холодильника. Со стаканчиками на подносе и блокнотом под мышкой он миновал охранников и присоединился к Сьюзан, которая поджидала его рядом с черным «крайслером» у Западного выхода.

– Расти, – изумилась она, – на дворе февраль. В феврале не едят мороженого.

– Наконец-то вы перестали величать меня Макинтайром, – улыбнулся шеф. – Кстати, это не мороженое, а холодный йогурт. После такого совещания не грех охладиться.

– Они ненормальные, босс. – Девушка взяла стаканчик. – Весь Пентагон сбрендил.

Аналитики забрались в теплый салон поджидавшей их машины.

– Пентагон – это здание, где работают около тридцати тысяч человек. А всего в ведомстве министерства обороны находится свыше трех миллионов. Не все из них сумасшедшие. – Макинтайр зачерпнул ложкой йогурт, а «крайслер» и сопровождающие его два автомобиля тем временем покинули двор корпуса Эйзенхауэра, миновали еще один двор и направились к выезду на Семнадцатую улицу. Охранник у ворот, останавливая движение на улице, переключил светофор на красный, и «сабербан» охраны первым покинул территорию Белого дома.

– Зато министра явно пора госпитализировать, – фыркнула Сьюзан. – Ни разу не видела ничего подобного!

– Добро пожаловать в высшую лигу! – улыбнулся Макинтайр. – Но вы пропустили самое интересное. Министр Конрад настолько разошелся, что в своем стремлении вернуть на трон Ас-Саудов решил воевать с китайцами. Начать войну в ближайшие несколько недель.

– Откуда он взялся? Считает себя наместником Господа на земле? – Язык у девушки замерз от холодного йогурта, и она немного шепелявила. – У него что, имеется фотография президента с козлом или что-то в этом роде?

– Он был специалистом по слияниям и поглощениям с Уолл-стрит. Приобретал по дешевке акции какой-нибудь дышащей на ладан компании, приводил ее в чувства и перепродавал вшестеро, а то и всемеро дороже против того, что заплатил сам. – Макинтайр посмотрел на стоящих на тротуаре туристов, которые пытались разглядеть, что за шишка выезжает из Белого дома. – Затем стал губернатором Пенсильвании, откуда сам родом. Представителем Мэйн-Лайп,[27] решившим помочь своему народу. Вот под таким примерно девизом проходила его кампания. Считается, что Пенсильванию он тоже укрепил. И преподнес штат президенту – вместе со ста миллионами наличности с Уолл-стрит. Президент решил, что это блестящая кандидатура.

– И что же вы собираетесь предпринять? – посерьезнела Сьюзан.

– Как сказал Оттер ребятам из «Дельта Тай Чи»,[28] пора трогаться в путь. – Макинтайр проглотил ложку йогурта, а машина тем временем миновала Художественную галерею Коркорана[29] и повернула в сторону «Туманного дна». Сьюзан нахмурилась.

– Это что-то из семидесятых?