– Вы слышали, Руперт? Гнилые призывы к миру! Отсюда всего один шаг до прямой измены!

Стиснутый кулак Джессики Уайтвелл внезапно окутался сизым свечением. Воздух загудел от прилива потусторонней силы. Голос её внезапно сделался тихим и вкрадчивым:

– Карл, не будете ли вы так любезны повторить то, что вы сказали?

Министр обороны застыл, вцепившись в ручки своего великолепного кресла, стреляя глазами из стороны в сторону. Наконец он гневно плюхнулся обратно в кресло. Светящийся кулак госпожи Уайтвелл мигнул и угас. Она подождала ещё несколько секунд, потом села с неторопливостью победительницы.

Прочие министры ухмыльнулись либо нахмурились, смотря на чьей стороне они пребывали.

Мистер Деверокс разглядывал свои ногти; вид у него был несколько скучающий.

Джон Мэндрейк встал. Он не был сторонником ни Мортенсена, ни Уайтвелл, и внезапно он ощутил порыв перехватить инициативу, рискнуть, стряхнуть с себя эту апатию.

– Я уверен, что никто из наших достопочтенных министров не собирался оскорблять своего коллегу и не был столь ребячлив, чтобы обидеться, – сказал он, приглаживая волосы. – Очевидно, что оба правы: беспокойство Джессики вполне оправдано, поскольку положение в Европе становится опасным; нежелание Карла признавать наше поражение также вполне похвально. Мы никак не можем оставить Америку в руках преступников. Я хотел бы предложить решение этой дилеммы.

– Какое же? – На госпожу Уайтвелл его речь особого впечатления не произвела.

– Вывод войск – это не выход, – холодно продолжал Мэндрейк. – Наши враги во всём мире поймут это совершенно превратно. Однако конфликту действительно следует положить конец. Наших демонов для этого недостаточно, как недостаточно – уж простите, мистер Мортенсен, – и наших простых солдат. Нам требуется мощное оружие, какого у американцев нет. Что-то, с чем они справиться никак не смогут. Все просто. Используем посох Глэдстоуна!

Предложение Мэндрейка было встречено гневным рёвом, но он этого ожидал. Он не пытался говорить дальше и вместо этого опустился на место, чуть заметно улыбаясь. Джейн Фаррар перехватила его взгляд и вопросительно приподняла бровь. На лицах прочих волшебников отражались различные степени негодования.

– Это невозможно!

– Дурацкие выдумки!

– Об этом и речи быть не может!

Мало-помалу шум улёгся. Мэндрейк шевельнулся.

– Прошу прощения, – сказал он, – но я не вполне понимаю ваши возражения.

Карл Мортенсен только отмахнулся.

– С посохом никто не пытался работать, никто не знает, на что он способен.

– Им сложно управлять, – сказала Хелен Малбинди.

– Чрезвычайно опасный артефакт, – добавила Джессика Уайтвелл.

– Но в этом-то вся суть! – возразил Мэндрейк. – С помощью посоха Глэдстоун покорил Европу. Мы без труда сделаем то же с Бостоном. Наши друзья в Париже и Риме услышат об этом и снова попрячутся в свои норы. Проблема будет решена. Стоит посоху оказаться за океаном, и на все уйдёт не больше недели. Зачем же хранить посох под замком, когда в нём кроется ключ к успеху?

– Потому что я не считаю нужным его использовать, – отозвался холодный голос. – А моё слово – решающее.

Мэндрейк обернулся к премьер-министру. Тот выпрямился в своём кресле. Лицо Деверокса сделалось резким, обвисшие щеки и подбородок куда-то пропали. Глаза премьера были тусклыми и непрозрачными.

– Возможно, сегодня утром вы получили меморандум, Мэндрейк, – произнёс он. – Посох, вместе с прочими предметами, был перенесён в Зал Сокровищ в этом самом здании. Они окружены стеной защитных заклинаний высшего уровня. Использоваться они не будут. Это ясно?

Мэндрейк заколебался. Он подумал, не попытаться ли настоять на своём. Но потом вспомнил о судьбе госпожи Харкнетт.

– Разумеется, сэр, – начал он. – Но я должен спросить, почему…

– Должны?! Ничего вы не должны!

Лицо премьера внезапно исказилось, глаза сделались огромными и безумными.

– Знайте своё место и не пытайтесь сбивать Совет с толку своими пустыми измышлениями! А теперь молчите, и впредь думайте, прежде чём что-то сказать! И если у меня будет повод вас заподозрить в том, что вы замышляете нечто противоречащее нашей политике, – берегитесь!

Премьер-министр отвернулся.

– Мортенсен, достаньте карты. Расскажите поподробнее о текущем положении дел. Насколько я понимаю, мы загнали мятежников в болота…

– Это было несколько опрометчиво, – вполголоса сказала Джейн Фаррар, идя по коридору вместе с Мэндрейком час спустя. – Тот, кто обладает посохом, владеет подлинным могуществом. Деверокс боится того, что этот человек может сделать с ним.

Мэндрейк угрюмо кивнул. Только ему удалось избавиться от депрессии, как она вернулась.

– Знаю. Но должен же был хоть кто-то сказать об этом вслух! В стране воцаряется хаос. Не удивлюсь, если половина членов Совета что-нибудь да замышляют.

– Давайте сосредоточимся на заговоре, о котором нам известно. О Дженкинсе пока ничего?

– Пока нет. Но ждать осталось недолго. Это дело поручено лучшему из моих джиннов.

Бартимеус

9