Читаем Врата Лабиринта полностью

– Ты же обещал, что вернёшься…

– прошептал мальчик. – Но ты сбежал. Ты спас себя… и сжёг нас.

Рафаэль закрыл глаза. Исидора в изумлении посмотрела на него:

– Кто это?

– Его звали Тома. Мы учились в одном монастыре… когда всё началось.

Мальчик вышел из тени, теперь он был настоящим. Гнилое лицо, из которого капала чёрная слизь, но голос оставался детским.

– Они пришли ночью, Рафаэль. Мы молились. А ты просто исчез. Твоя комната была пуста. Отец Леоне сказал, что ты “особенный”… что тебя нужно спасти.

А мы? Мы были просто мясом…

Рафаэль сжал кулаки.

– Я не знал…

– Ты знал. – Мальчик поднял руку, и земля дрогнула. Из стен вылезли мертвецы в рясах, их лица были обуглены, их пальцы скребли по камню.

Исидора закричала, начав читать заклинание.

Но Рафаэль остановил её.

Он шагнул к призраку. Снял с шеи распятие и протянул ему.

– Прости меня, Тома. Прости… за то, что я выжил.

Детский призрак взглянул на крест… и улыбнулся. Свет прошёл сквозь него, и тьма, заполнившая подземелье, растворилась.

Осталась только ниша в стене. Там, в пыли и пепле, лежал первый ключ – амулет в форме змея, кусающего свой хвост. Уроборос. Символ вечного возвращения. Символ портала.

Рафаэль поднял его.

– Один из семи, – сказал он. – Осталось шесть. И Астарот приближается.

Исидора молча смотрела на него. В её взгляде теперь было не презрение… а страх.

– Ты изменяешься, Рафаэль. Что-то внутри тебя просыпается. Что-то… не человеческое.

Он не ответил.

Он слышал голос. Свой голос, но искажённый, низкий, чужой.

> "Отпусти, Рафаэль. Ты не спасёшь их. Ты – ворота."

Глава 7. Город без времени

Чехия. Территория, где на картах – пустота.

Но спутниковые снимки показывают улицы, здания, тени людей. Город, которого не должно быть. Его называют Сенек – вымышленное имя, чтобы не вспоминать настоящее.

Рафаэль и Исидора прибыли туда под утро. Солнце едва касалось горизонта, но свет не проникал внутрь города. В воздухе стояла мёртвая тишина. Часы на ратуше остановились на 03:33 – время демонов.

– Сюда никто не заходит, – сказала Исидора. – Говорят, здесь время умерло.

– Здесь живёт второй Страж, – ответил Рафаэль. – Тот, кто держит ключ к вратам памяти.

Они вошли на главную улицу. Дома стояли целыми, но окна были заколочены изнутри. На стенах – гвоздями прибитые страницы из Библии. Но текст на них был зеркальным.

Вдруг впереди появился силуэт: женщина в белом платье, босая, с длинными волосами, за которыми не видно лица. Она шла им навстречу, не издавая ни звука. С каждым её шагом земля покрывалась инеем.

Исидора замерла.

– Это… не человек.

Рафаэль сделал шаг вперёд. Женщина остановилась в трёх шагах от него. Медленно подняла голову. Вместо глаз – две чёрные дыры, а рот зашит серебряной проволокой.

Рафаэль прошептал:

– Ты – Времени страж. Хранитель Памяти. Пустая.

Она кивнула.

– Чтобы получить ключ, ты должен вернуть то, что потерял, – прозвучало в их головах. – Своё самое страшное воспоминание.

Перед Рафаэлем вспыхнул свет… и он оказался в другом месте.

Десять лет назад. Монастырь. Комната с четырьмя мальчиками. Голоса за стеной. Крики. Запах горящего ладана.

Рафаэль был маленьким. Он держал в руках нож. И перед ним – отец Леоне, его наставник. Одержимый.

– Убей меня, сын. Или я убью их всех.

Руки дрожали. Рафаэль шагнул вперёд… и опустил нож. Но в тот миг демон вырвался, и отец Леоне закричал.

С тех пор он мучил себя – за то, что не убил, когда мог.

Рафаэль распахнул глаза. Он снова стоял на улице Сенека.

Женщина исчезла. А на земле лежал второй ключ – песочные часы без песка.

Только кровь в стекле. Его кровь.

Рафаэль поднял артефакт. Сердце билось глухо. Теперь он помнил всё.

И голос внутри стал громче.

> "Ты открываешь Врата сам, Рафаэль. Шаг за шагом. И никто, даже ты, не остановит это."

Глава 8. Сердце Иерихона

Иерусалим. Заброшенный храм за Чёрной стеной – местом, куда не ступает ни паломник, ни священник. Говорят, он стоит на месте древнего Иерихона – города, проклятого голосом труб.

Рафаэль сжимал второй ключ – песочные часы, в которых теперь медленно стекала его кровь. Исидора молчала. Она чувствовала, что с каждым шагом он отдаляется – не от неё, а от самого мира.

– Этот храм… – прошептала она, глядя на обломки. – Он был построен ангелами, павшими за то, что ослушались Бога.

– Нет, – ответил Рафаэль. – Он был построен на их телах.

На входе в храм висел огромный крест, расколотый надвое. От него тянулись цепи – не железные, а сделанные из человеческих позвонков. Каменные ангелы плакали кровью. На полу было написано:

> "Не взыщи света в сердце мёртвых. Оно не для тебя."

Они вошли.

В центре храма был алтарь, над которым парил меч. Не просто оружие – это был Херев’эль, клинок, выкованный до сотворения времени. Его держал тот, кто пал первым.

И он стоял там.

Люциэль.

Он выглядел, как человек – высокий, с кожей цвета пепла, с волосами, похожими на золото, опалённое огнём. Его глаза светились, как небеса перед бурей.

– Ты пришёл, Рафаэль, – произнёс он. – Ты, в чьих венах смешались небо и ад.

– Я не пришёл за тобой. Я пришёл за третьим ключом.

– И чтобы получить его… ты должен убить меня.

Рафаэль вздохнул.