Читаем Враг (ЛП) полностью

  Он услышал слабый приглушенный выстрел и увидел искры, когда пуля задела столб забора, но не мог видеть стрелка. Слишком много укрытий, слишком много теней. Убийца мог быть где угодно, приблизиться в темноте, чтобы выстрелить с близкого расстояния, в то время как другие делали то же самое. Он услышал еще один выстрел, но другого происхождения, и услышал, как неподалеку ударилась о землю пуля.

  Виктор вскочил на ноги и побежал, надеясь, что двое стрелков были суммой его преследователей, но зная, что третий, вероятно, кружит вокруг каким-то другим способом, чтобы перехватить его, оставив оставшегося убийцу проверять «Рено» на наличие выживших, собирать улики, вызвать подкрепление. Возможно, Виктору повезло, и он выстрелил в «Пежо», в результате чего один из его врагов был ранен. Возможно, но Виктор не верил в удачу.

  Света было достаточно, чтобы видеть землю, но не множество неглубоких рытвин и камней, которые ее усеивали. Он спотыкался и шатался, не в силах использовать руки для равновесия, зная, что любые израильтяне, следующие за ним, преодолеют расстояние быстрее, чем он.

  Он увидел завод впереди. Нет света. Подойдя ближе, он смог различить зияющие дыры в наклонной гофрированной крыше. Заброшенный. Заброшенный. Нет шансов найти машину для кражи, но больше шансов найти что-то острое, чтобы разрезать пластмассу.

  Он побежал дальше. Дождь промочил его одежду, волосы и кожу. Пустошь достигла пика, а затем пошла вниз, прежде чем уступила место ровному асфальтированному участку вокруг самой фабрики. Трава росла сквозь трещины в земле. Фабрика была несколько сотен футов в длину и тридцать в высоту до начала покатой крыши, которая поднималась и достигала пика еще через двадцать. Стены были из кирпича, сплошь уставленные огромными прямоугольными окнами, состоящими из десятков более мелких стекол, многие из которых были разбиты.

  Виктор подбежал к фабрике и бросился вдоль края здания, низко пригнувшись, ища проход внутрь. Снаружи численное превосходство израильтян победит без вопросов. Внутри он мог бы избежать их или спрятаться достаточно долго, чтобы вызвать отступление. Если бы он мог освободить руки. Окна не годились в качестве точки входа. Ему придется разбить больше, чтобы создать достаточно большую брешь, а со связанными запястьями он не сможет подтянуться, чтобы пройти через них. Кидонские убийцы все время приближались.

  Он нашел набор двойных дверей. Он проверил замок. Нержавеющая сталь и прочный. Даже если он выстрелит всеми четырьмя оставшимися драгоценными пулями, он не пробьет его. Он пошел дальше.

  Он осмелился оглянуться, но не увидел своих преследователей. Они бы его тоже не увидели, но услышали бы, как он пинает дверь. Еще через несколько секунд он нашел еще одну дверь, на этот раз одинарную. Она тоже была укреплена висячим замком, но какой-то предприимчивый человек выломал нижнюю половину двери. Виктор молча поблагодарил провинившихся повсюду и встал на четвереньки. Он прополз через щель. Деревянные осколки зацепили его куртку.

  Внутри было холодно. На улице было холодно, но он этого не заметил. Он находился на огромном пространстве почти пустого пространства, которое когда-то служило главным заводским цехом. Дождь лился сквозь зияющие дыры в покатой гофрированной крыше, поддерживаемой огромными металлическими столбами. По полу внизу растекались большие лужи, отражая лунный свет.

  Некоторые травы и растения росли там, где регулярно попадали свет и дождь. Вокруг были разбросаны металлические трубы, куски дерева и листы пластика. Ночью в помещении видимость была хорошей, но некоторые области в глубокой тени были совершенно черными.

  Виктор поспешил от двери. Он услышал, как разбилось стекло, и понял, что одно из огромных окон используется как вход. Еще один убийца будет следовать прямо за Виктором и через несколько секунд проползет под дверью. Он мог подождать, чтобы устроить засаду своему преследователю, но это заставит Виктора занять себя достаточно долго, пока второй или третий израильтянин не убьет его сзади. Нет времени, чтобы найти что-то, чтобы перепилить ремни. Было несколько выходов, ведущих вглубь завода. Виктор прошел через ближайший.

  Он напряг зрение в темноте; чем дальше он шел, тем меньше было света. Он не знал, куда ведет коридор, но ему нужно было двигаться дальше. Вода капала на него откуда-то сверху. Он миновал внутреннюю дверь, попробовал ее, обнаружил, что она заперта, и пошел дальше. Он свернул за угол, на мгновение прижался спиной к стене, тяжело дыша.

  Виктор заставил себя продолжать. Свет увеличился по мере того, как коридор открывался во двор, окруженный со всех сторон высокими фабричными стенами. Выход был только один, на дальней стороне двора. Металлическая дверь с прожилками ржавчины. Он был заперт. Непроницаемый. Стены были слишком высокими и отвесными, чтобы взобраться на них. Нет выхода.

  Он развернулся, бросился обратно по коридору. Он снова нашел внутреннюю дверь, выбил ее ногой. Боковым зрением он мельком заметил движущуюся фигуру, прежде чем рванулся в дверной проем.