– Да куда им, – хмыкнул Эш и сделал несколько жадных глотков. – Хлипкие, малорослые, всё время прячутся, словно боятся нас. Оно и понятно: мы для них – большие, страшные чужаки, пришельцы, от которых не знаешь, чего ожидать. Хотя опасаться-то нечего: нам же велели не нападать, а наладить контакт и…

Земля у них под ногами внезапно дрогнула. Темнеющее небо озарили несколько вспышек, а следом за ними горячий воздух над Сеттой наполнился грохотом. Эш выронил бутылку, вскочил и, не моргая, уставился на летящие из-за дюн в сторону тессарийской границы огненные шары.

– Наша база… – бормотал Дерек. – Наши ребята…

Эш ничего не стал говорить. Когда за его спиной взметнулась клочьями и загорелась земля Тессара, он наклонился, вытащил из снаряжения лазерную винтовку и долгим внимательным взглядом окинул ближайшие дюны. А потом посмотрел на напарника и бесцветным голосом обронил:

– Кажется, нам только что объявили войну.

Государство Тессар, столица Азурия, тюремный блок G-3, 10 нова-лет назад

Охрана стояла в два ряда, и Берт Юнг, не сумевший пробраться ближе, всё поднимался на цыпочки и вытягивал шею, чтобы увидеть самое интересное. Он работал в этом блоке давно и повидал многое: террористов, убийц, насильников. Убирал то, что от них осталось, с площадки для экзекуций и отмывал добела гладкий каменный пол. Такая работа, не хуже других. Подходящая для полукровки.

Но сегодняшняя казнь не была рядовым событием. Чаще всего к смерти приговаривали иномирцев, ксеносов – чужаков, попавших сюда через один из Порталов и натворивших бед. Реже – тессарийцев, совершивших тяжкое преступление. Несколько раз в сезон Берт Юнг наблюдал, как по этому коридору ведут заключенных, чей пепел и кости он потом собирал метлой на совок и стряхивал в яму для мусора. Тем, кто нарушил закон, погребения не полагалось. И это правильно, ведь то, что они делали, порой выходило за грани жестокости.

Но еще ни разу здесь не казнили героев.

И никогда прежде для исполнения приговора не вызывали всех четверых Архонтов.

Услышав приближающиеся шаги, Берт выглянул из-за плеча стоящего впереди солдата и жадно уставился в темный проем. Первыми появились начальник тюремного блока, его помощник и государственный обвинитель. Следом – двое конвойных с винтовками. А потом…

Кто-то из таких же зевак толкнул его, и Берт, потеряв равновесие, вынужден был отвести взгляд, а когда выглянул снова, приговоренные уже проходили мимо. В памяти отпечатались лишь фрагменты: темные волосы первой скручены на затылке в узел, серые глаза смотрят холодно и хмуро; белокурые локоны второй небрежно рассыпались по плечам – Берт не разглядел её глаз под плотно прилегающими к коже зеркальными очками, но успел заметить на губах заключенной ухмылку, словно говорящую: вы еще пожалеете… Опустив взгляд, он увидел стальные петли наручников на запястьях обеих женщин. Не забыли бы снять: поток смертоносной энергии сперва раскалит их, а после – сомнет.

Впервые за многие годы Берт ощутил, что беспокоится не об испорченных вещах, а о тех, кто вот-вот погибнет. Почему из героев Тессара они превратились в преступников? Он не понимал, что заставило их перейти черту. Успеют ли они почувствовать боль? Наверняка. Страшно ли им? Даже ему сейчас было страшно. Когда за приговоренными плотно закрылись двери, он покрылся холодным потом и начал быстро выбираться из толпы – чтобы больше ничего не видеть и не слышать. Заперся в подсобке, лег на диван, обхватив себя руками, и стал ждать.

Вскоре к нему постучали, напомнили о служебных обязанностях. Берт тяжело вздохнул, взял метлу, совок, ведро с моющими средствами и потащился убирать площадку. Казнили двоих, значит, работы сейчас предстояло вдвое больше.

В одиночестве он прошаркал по коридору, открыл кодовый замок, распахнул двери, включил свет. И растерянно замер, глядя на круг из гладкого камня. Первой в голову пришла нелепая мысль: похоже, наручники все-таки сняли…

Площадка для экзекуций была пустой и чистой – лишь по краям лежали тонкие перышки белого пепла…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Мертвый сезон

Глава первая

Восточная граница государства Тессар, аванпост Нумера. Наши дни

– Командор!

Голос вырвал из пустоты, в которую он неожиданно провалился. Альн О’Рэн резко поднял голову, распахнул глаза, делая вид, что не спал, и запоздало ощутил, что нашивка с рукава оставила на щеке заметный отпечаток. Поди теперь докажи.

– Извини, что помешала отдыхать. – Глаза Сиенны смеялись. Женщина прикрыла за собой дверь и на всякий случай добавила: – Я стучала.

Неторопливой, изящной походкой она приблизилась к рабочему столу командора и села на край, закинув ногу на ногу. Никому на базе такое не дозволялось – только ей. И только наедине.