Читаем Возвращение в темноте полностью

— Согласна, — нахмурилась Дженни. — И все же странно... Она получает курс сильнейших антибиотиков, с помощью которых даже ослабленный организм мог бы вполне успешно бороться с сепсисом, ведь ей же не восемьдесят лет в конце концов! — Она покачала головой. — Однако факт остается фактом, нам не удается избавиться от сепсиса, и он ее постепенно убивает. Теперь донорская почка становится еще необходимее.

Кроукер вытащил пачку документов, полученных от Майера.

— Надеюсь, я принес хорошую новость.

Он подвинулся ближе к свету, и Дженни увидела ссадины и синяки на его лице.

— О Боже! — воскликнула она. — Что с вами случилось?

Кроукер потрогал челюсть, до сих пор нывшую от удара Антонио.

— Сегодня мне крепко досталось. Но не стоит из-за этого волноваться. Доктор Стански уже обработал мои раны, пока мы с ним разговаривали. Удивляюсь, как он не выставил мне счет за медицинские услуги. — Помедлив секунду, Кроукер протянул ей документы: — Дженни, скажите, это может спасти жизнь Рейчел? Без всяких медицинских околичностей, да или нет?

Она задумалась, и Кроукер понимал, о чем она размышляла. Врачи долго добивались статуса полубогов, а довериться собеседнику означало на время отказаться от этой привилегии.

Наконец она кивнула:

— Хорошо, я буду с вами полностью откровенна.

— Поверьте, я очень высоко ценю ваше доверие.

Дженни просмотрела документы и, немного помолчав, спросила:

— Лью, вы серьезно собираетесь воспользоваться незарегистрированным донорским органом?

— Это зависит от того, что вы скажете, — ответил он. — Это настоящие документы? Такая почка действительно существует?

— Да, похоже, документы настоящие, но...

— Тогда я добуду эту почку.

— Но... — Дженни вскинула зеленые глаза на Кроукера.

— Никаких «но»! Сейчас важно только одно — спасти жизнь Рейчел.

— Но вы даже не знаете, откуда взялась эта почка! — резко возразила Дженни.

Кроукер постучал пальцем по пачке документов.

— Судя по этим бумагам, она оттуда же, откуда берутся другие донорские органы — из Объединенной сети трансплантатов.

— Правильно, — сказала Дженни, но глаза говорили иное. — Но этого не может быть, потому что я постоянно запрашиваю их базу данных, и клянусь вам, там такой почки нет! — Она взмахнула пачкой документов. — Последний раз я проверяла это пару часов назад, между операциями. Эта почка не зарегистрирована, это незаконно!

Кроукер почувствовал, как у него подогнулись колени, и вся боль, которую ему пришлось испытать за весь этот долгий и изнурительный день, снова навалилась на него.

— Боже милостивый, Дженни, не делайте этого, пожалейте Рейчи! Ведь раньше вы говорили, что для нее могли бы сделать исключение и пересадить ей незарегистрированную почку!

— То была минутная слабость или минутное безумие... — Она явно смутилась. — Сама не понимаю... — Она покачала головой. — Но теперь благоразумие и здравомыслие вернулись ко мне. Я не прикоснусь к незарегистрированной почке.

— Даже если речь идет о спасении жизни Рейчел?

— Да, даже в этом случае, — ровным тоном ответила она.

Напряжение между ними росло. Дженни обладала сильным характером и привыкла придерживаться строгих принципов. Это было ее достоинством, но сейчас Кроукеру нужно было, чтобы она вошла в его чертовски трудное положение. Ведь это его, а не ее племянница могла умереть в любую минуту, ведь это он потерял эту девочку много лет назад и чудом обрел ее вновь в этой трагической ситуации. Мысль о том, что он может опять потерять Рейчел, и на этот раз навсегда, была нестерпимой.

— Лью, я знаю, вы готовы сдвинуть горы для нее, — сказала Дженни, опровергая его мысли. — Я вижу это в каждом вашем движении, в каждом вопросе и взгляде. Но вы должны выслушать меня. Нельзя, вы слышите, нельзя пользоваться незарегистрированной почкой! В противном случае вы не только совершите смертельный грех, но сами станете соучастником гнусного преступления!

Ее зеленые глаза сверкали решимостью, и Кроукеру стало окончательно ясно, что они оба зашли в тупик.

Что бывает, когда коса находит на камень?

Но самое страшное заключалось в том, что он признавал ее правоту. Думая об Антонио и Хейторе, этих чудовищах, охотившихся за людьми, словно за лесной дичью, и вырезавших у них внутренние органы, Кроукер точно знал, что ни за что на свете не согласится быть их соучастником. Но у него еще осталась призрачная надежда на то, что почка, которую ему предлагал Майер, была получена не преступным путем, поэтому он решил пройти весь путь до конца, даже если этот конец окажется слишком страшным и жестоким.

— А что, если эта почка получена законным путем? — спросил он.

— Гадание на кофейной гуще, Лью...

Поколебавшись, она все же подошла к компьютеру. Глядя на ее руки, Кроукер подумал, что у хирургов и у музыкантов одинаковые пальцы, умные и словно существующие сами по себе, выполняющие каждый свою задачу, что создавало впечатление, будто у человека не две, а по крайней мере десять рук.