Читаем Возвращение в Полдень полностью

А может быть, все дело в том, что тектоны, с их щепетильностью в вопросах гуманитарной этики, сдержали данное в Призрачном Мире слово, оставили его в покое и приструнили своих адептов. И тогда за дело взялись совершенно иные силы, которым плевать на гуманитарную этику в универсальном смысле, либо же интерпретируют они означенную этику иначе. Настолько иначе, что полагают себя вправе нападать на разумные существа, явившиеся на нейтральную территорию с мирными намерениями забрать свое, принадлежащее им по праву. Хотелось бы добавить еще и «без оружия», но кто является в неизведанные миры с пустыми руками и голой задницей?.. В конце концов, никто до сей поры не огласил свои привилегии ни на одну из планет шарового скопления Триаконта-Дипластерия, хотя бы даже упирая на статус «пришедшего первым». Возможно, мы пришли вторыми – тому порукой какой-то маловразумительный металлический хлам неподалеку, а «гиппогриф», мертвая неуправляемая жестянка, увы, не в счет. Что вовсе не повод набрасывать сети и уволакивать в полон. Существуют древние, тысячекратно и с большой кровью отлаженные протоколы Галактического Братства для урегулирования имущественных конфликтов. Если, конечно, ты не аутсайдер… причем не просто аутсайдер, а самобытный гений, умелец и талант, владеющий техникой космического маневра до такой степени, чтобы просочиться в самую сердцевину опоясанного тяжелым гравитационным прибоем, нашпигованного ротаторами-ловушками шарового скопления. Ибо откуда в этой части Галактики взяться аутсайдерам, да еще способным управляться с экзометральными порталами?.. Астрарх Лунный Ткач, конечно, большой шутник. Но вряд ли его чувство юмора, при всей своей специфичности, было настолько черным, чтобы забросить рациоген в сферу интересов чужой, высокоразвитой и недружественной культуры. Не самое удачное оформление для презента… хотелось бы чего-то более традиционного… бархатная коробочка, перевязанная шелковой лентой – как и мечталось Кратову в момент ослепительного вселенского прозрения в кругу тектонов посреди Призрачного Мира… Но астрарх мог отвлечься и кое-что упустить из виду. Прохлопать всеми своими бесчисленными гляделками. Возможно ли такое? Или это всего лишь одна из его шарад, выполненная с избыточным натурализмом?

Обходя посадочные опоры, Кратов, захваченный потоком сознания, несколько раз едва не терял равновесие в вязком снежном месиве. Было не то чтобы скользко, а, как говаривала мамина уральская родня, убродно. Пару раз ботинок застревал в ячеях сети, в которую белые ловчие твари пытались расфасовать звездоходов. После массированного ответного огня из фограторов клочья сети рассеяны были по всему склону и кое-где даже свисали с выступов корабельной обшивки. Но самая неприятность ожидала, когда такой вот припорошенный снегом клок прикрывал собой какую-нибудь выбоину, превращая невинный дефект рельефа в капкан.

Защита ближайшего «архелона» была поднята: кабина закрыта, броня торчала дыбом. Это был командирский «архелон», и уж кто-кто, а Элмер Э. Татор позаботился бы о сохранности корабельного имущества. Вот только ожидаемой радужной ряби от изолирующего поля не виднелось, и снежинки не встречали препятствий в своем оседании на грузные обводы серого корпуса. Все равно, нечего было и мечтать одолеть эту цитадель. Если бы экипаж сумел там укрыться, а не тратить время на бессмысленную пальбу, сейчас имел бы место совершенно иной расклад сил. Но, судя по всему, этот «архелон» стоял пустой.

Со вторым «архелоном» картина была ясная. Обуреваемый эмоциями Белоцветов никакими соображениями безопасности и хозяйственности решил себя не обременять, хотя бы даже под страхом лишения премиальных. И потому, покинув водительское кресло, бросил все как есть. Чем невольно оказал Кратову добрую услугу.

Уже на подходах к этой открытой всем ветрам и снегам платформе Кратов не на шутку споткнулся и рухнул, как колода. Спешно проверив состояние конечностей, в мыслях он постановил себе отныне быть намного осмотрительнее. Менее всего хотелось бы в час испытаний обнаружить себя посреди чужой планеты со сломанной ногой… На сей раз причиной падения была не выбоина, а большой белый предмет, совершенно упрятанный под нанесенным непогодью снеговым одеялом. «Неужели подстрелили одного мерзавца?» – подумал Кратов без особых эмоций, то есть не испытывая по этому поводу ни надлежащей радости, ни особого огорчения. Сидя в снегу, он обмел ладонью ближний к себе участок предмета…

…Под белым ворсом кислотно-желтый.

Остановился, чтобы сделать медленный глубокий вдох и успокоить сердцебиение. Закрыл глаза.

«Нет. Этого не должно было случиться. Что угодно, только не это. Дорога в один конец по горящему мосту. Интеллектуальные игры, правовая казуистика, кто кого перехитрит, а по завершении все стороны конфликта отправляются на банкет. Не будет банкетов. Игры тоже закончились. Все игры заканчиваются с первой кровью. Как глупо».

Открыв глаза, он смахнул снежинки с прозрачного забрала, а затем продолжил сметать снег с лежащего ничком человека в желтом скафандре.