Читаем Возвращение в Африку полностью

Таинственные слухи с раскаленных лавовых плато севера Кении какими-то путями достигали столицы Найроби, накапливались, разрастались и вдруг сенсацией века всполошили научный мир: на восточном берегу озера Рудольф найдены останки и орудия труда предка человека, «возраст» которых определялся в 2 миллиона 500 тысяч лет. До этого считалось, что человеку примерно 800 тысяч лет. Авторы открытия — директор института палеонтологии Кении, доктор Кембриджского университета профессор Луис Лики и его сын Ричард — назвали своего древнего человека Homo habilis — «человек умелый». Ранее Луис Лики с женой Мэри в ущелье Олдувэй, в Северной Танзании, обнаружили во время раскопок череп человекоподобного существа; возраст находки равнялся 1 миллиону 700 тысячам лет. Открытие на озере Рудольф «состарило» человека еще на 800 тысяч лет!

Выходит, страна, в которой выпало жить и работать, сетуя иногда, что она не находится на перекрестке главных путей и не стоит в центре мировых событий, возможно, является прародиной человека, его колыбелью! Несколько моих друзей загорелись мыслью: надо съездить к месту события. Не беда, что никто из нас не был связан с антропологией, имели о ней лишь общее представление. Ну хотя бы взглянуть на один из древнейших очагов рода человеческого, ощутить воздух, краски, звуки этих мест, чувством понять связь времен, что было до нас и как было, а возможно, и что будет после нас!

После нас? — переспрашиваю себя. Да, после нас! После нас останутся наши дети, после них — дети наших детей… Мы знали, что район раскопок, как и в целом восточный берег озера Рудольф — выжженная каменистая пустыня, где человек не живет, а стоянки его далекого прародителя скрыты отложениями озера, периодически то поднимавшегося, то вновь отступавшего, занесены песками пустынь, в которые превратились некогда зеленые саванны, залиты лавой вулканических извержений. Изменения условий жизни, вынудившие человека покинуть эти места, исчисляются миллионами лет. Но сейчас ученые всего мира с тревогой говорят и пишут, что за последние три-четыре десятилетия скорость изменения целостности природного мира, составляющего основу всего живого, определяется не размеренной и неторопливой поступью Природы, а бурными темпами, беспечно установленными человеком. Альберт Швейцер писал:

Насколько справедлив этот апокалиптический приговор?

Советские ученые смотрят на будущее с большим оптимизмом, справедливо считая, что при разумном и предусмотрительном подходе можно предотвратить опасные для жизни изменения природной среды: загрязнение воздуха и воды, отравление и истощение земли. Не только мы, но и последующие поколения должны пользоваться всеми благами бытия, которые дает Природа. Сохранятся заповедные места с чистыми ручьями, тенистыми лесами и светлыми лугами, где люди смогут побыть наедине со своими мыслями и чувствами, пережить радостные минуты покоя и умиротворения.

Но и наши ученые считают, что скоро, очень скоро «дикая» природа станет недоступна для нас — сохранится она только на особо охраняемых территориях. Чем быстрее создадим мы сеть заповедников, национальных парков, заказников, чем шире будет эта сеть — тем надежнее обеспечим мы свой завтрашний день. А в сегодняшнем чем-то неизбежно придется поступиться.

Интересуясь историей человека, его происхождением, средой его обитания, споря о его назначении и призвании на Земле, думая о своей судьбе, мы в то же время заботимся о судьбе наших детей и детей наших детей…