Читаем Возвращение легенд 2 (СИ) полностью

Пожары считались очень страшной угрозой для городов, поэтому вскоре возле этого дома собралась огромная толпа встревоженных людей. Сбежались со всей округи. Кто с вёдрами, кто с топорами, кто с одеялами, кто с баграми.

Убедившись, что всё в порядке, обрадованно разошлись, обсуждая случившееся. Не все. Члены союза Восточной стали остались. Сбиваясь в группы, их люди с мрачными лицами о чём-то друг с другом разговаривали на повышенных тонах.

***

Вечером, когда небо начало темнеть, а ночная стража зажигать уличные фонари, к мосту через канал вышел парень в красно-коричневой клановой одежде с эмблемой огненных язычков. Встав под указанное в письме дерево, немного нервничая, принялся ждать загадочную незнакомку. Нетерпеливо оглядывая пустынные улочки, никак не мог найти себе места, то садясь на траву, то прохаживаясь вдоль моста, то прислоняясь к дереву. На этот вечер у него были вполне определённые планы, учитывая текст письма. Весьма откровенного, распаляющего воображение.

Убедившись, что за ним никто не следил, спрыгнул с дерева, оглушая незадачливого романтика. Не теряя времени, быстро уволок его под мост, пока никто не появился. На мне вновь был надет маскировочный плащ и шляпа с вуалью. Даже если какой-нибудь хитрец использует артефакт дальнего взора, то ничего конкретного не разберёт. Маскировку с ауры и очага не снимал ни на секунду.

Прежде чем парень очнулся, тщательного его обыскал. Вроде сюрпризов нет. Либо они на недоступном для меня уровне, что маловероятно. Не того я ещё масштаба фигура, чтобы за мной отправляли подобных умельцев. Затем залил в свою жертву флакон специального зелья, что весь день с собой протаскал. Взяв за запястье, принялся отслеживать малейшие изменения сердцебиения, давления, напряжения ауры и многих других параметров, чтобы исключить ложь и притворство.

Спустя несколько минут парень открыл глаза, в которых не было заметно ни проблеска интеллекта.

— Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Какого цвета твоя одежда? Какой сегодня день? — принялся мерным тоном задавать простые вопросы, вводя в ещё более глубокое состояние транса.

Добившись желаемого результата, убедившись, что клиент созрел, перешёл к главным вопросам.

— Ты знаешь человека по имени Юй Кухань?

— Да, — тихим голосом ответил парень, без эмоций, словно кукла.

Не моргая, продолжал смотреть в одну точку прямо перед собой.

— Ты сам решил за ней следить?

— Нет.

— Кто тебя попросил?

— Четвёртый брат Шень Джиань.

Неожиданно. Вспомнив четвёртого брата Шень, нахмурился. Он не показался мне плохим человеком.

— Зачем?

— Чтобы она не сбежала или не сделала с собой какую-нибудь глупость.

Направление разговора начинало мне не нравится. И сильно.

— Какое отношение Шень Джиань имеет к Юй Кухань?

Вот он момент истины.

— Он хочет, чтобы она стала его наложницей. Юй Кухань отказалась.

— Джиань её принуждает или уговаривает?

— Принуждает. Брат Шень Джиань уже взял её тело, теперь хочет забрать всё остальное. Сделать личной собственностью.

Меня как громом поразило. Во рту всё пересохло, а внутри сжалось. Старуха меня убьёт. Потом воскресит и снова убьёт. В бездну старуху. Если это случилось не более нескольких дней назад, то сам себя не прощу за свою медлительность.

— Давно её взял? — с трудом сохранил спокойный тон.

— Несколько месяцев назад.

С одной стороны, стало легче. Я никак не мог этому помешать. С другой, тяжелее. Бедная девочка всё это время страдала. Некому было ей помочь. Ну теперь уж дедушка Тонг обо всём позаботится.

Раз Кухань делает вид, что ничего не произошло, скрывая от всех правду, значит, он нашёл к ней какой-то подход. Чем-то запугал. В крайнем случае, чтобы избежать позора она могла покончить с собой. Но и этого не сделала. Как говорил мой старый друг, у всего есть причина. Поэтому действовать импульсивно нельзя. Месть, это такое блюдо, которое лучше дегустировать холодным.

Допрос продлился минут десять. Выжал из него все подробности. История оказалась банальна и трагична до безобразия. Он её любил. Она его нет. Всё остальное уже детали. Наличие власти, положения, самомнения, высокомерия, неспособности пойти на компромисс.

В городе каждый день происходила масса случаев домашнего насилия, о котором ни друзья, ни соседи, ни родственники даже не догадывались. Вся грязь обычно оставалась за закрытыми дверьми. И вот мне поручили одну из таких дверей открыть. Как быть. Сказать старухе правду. Боюсь представить на что она в этом случае решится. И каков будет ответ клана. Сколько прольётся слёз с обеих сторон. Клан состоял отнюдь не из нескольких сопляков, с которыми я сейчас вожусь в песочнице. Настоящий размах, мощь и ужас истинных, а не декоративных кланов я знал. Двери в их спальни лучше не открывать. Иначе можно узнать, насколько глубоки под ними подвалы, заваленные чужими телами. Вот тот фундамент, на котором строилась красивая надстройка с именной табличкой у ворот.

— Айша, во что же ты меня втравливаешь? — грустно вздохнул.