Поэтому возникает иллюзия, что цель оправдывает средства. Женщина предпочитает стабильность, мужчина – активность. Назовём мужчину-стратега дельцом, а женщину-менеджера – спецом, тогда простой обыватель приобретает статус потребителя. Возможны другие варианты. Идёт борьба за поле, возникает белый шум и довольно трудно принять значимое решение.
Деньги – это вектор в пространстве. Деньги – это угол атаки. Реальность постижения злой цели безудержного накопления порождает определённые иллюзии и мотивации. Мотивации, набирая денежный вес, превращаются в мировые стратегии. Напомним, что человечеством с древних лет владела тяга к перемене мест и сюжет нашей книги проистекает в разных ипостасях и исторических горизонтах. Иная альтернатива: биополитика в социуме ясно представляет себе цель, а культура реализует эту цель в практические действия. Биологические системы более эффективны. Клетка развивается и делится за счёт эякуляции. И её мембраны служат питательной средой для размножения. Однако продукты переработки могут оказаться канцерогенны.
Женщина обладает одним набором признаков, мужчина – другим. И что хорошо женщине, не очень хорошо мужчине, равно как и наоборот. Цивилизации менялись и при этом совершенствовались популяционные механизмы, накатывались новые пассионарные волны. Куда вслед за путешественниками-первопроходцами не добирались орды бандитов или алчные торговцы, туда вкладывались инвестиции через мировую финансовую сеть. Граница клетки определяет новый порядок вещей, характеризующийся большими историческими циклами и необъятными пространствами. Но это, когда клетки складываются в организм.
Всеобщий светильник разума погас, умерли великие дельцы, сон разума на наших глазах порождает чудовищ. Бог и Антихрист – это сочетание вечно. Сейчас эпоха Люцифера, утверждающего, что всё возможно. «Сильное утверждение», – сказал бы Роберт Лэнгдон. Однако, расшифровка кода Да Винчи – не наша стратегическая задача.
5.3. Кузница монетарного счастья. Дюрер и менялы.
Мы живём в предчувствии ментальной цивилизации, когда все универсалии возможны. Но возможна ли европейская интеграция без брюссельских бюрократов и цюрихских гномов? Известный финансист, глобалист и первопроходец цветных революций Д. Сорос сформулировал основной принцип современного капитализма, сказав, что это алхимия финансов, а алхимия, как мы знаем, так и не произвела золота из свинца, как обещала людям.
Открытие сети супермаркетов в США заложили материальную базу сетевой индустрии. Сетевые стандарты породили потребителя. Chiken, Fastfood и гамбургеры – символы новой эпохи. Феномен потребительского стандарта есть проблема специфическая. Деньги – это вектор во времени, и боковики сейчас не в цене. А возникнет ли иная реальность, цель в пространстве…? Посмотрим, вперёдисмотрящий крикнет с мачты, когда увидит берег.
В этом смысле западная цивилизация заполнена коррупционными скандалами, а восточная – культурными революциями. Криков много, а нового берега не видно. Однако мы существуем в едином пространстве. Нельзя согласиться с тем, что стабилизационный фонд захеджирован европейским ценными бумагами навсегда, а там хоть трава не расти!
Пределы роста – глобальные барьеры западной цивилизации. Западный экспресс может столкнуться с восточным ветром, и тогда – всё по привычному сценарию: диалог цивилизаций со времён Киплинга ничем не кончается. «Бизнес со скоростью мысли» – такова современная парадигма бизнеса и финансов, новая версия турбокапитализма. Однако скорость не делает рынки открытыми! От фритредерства к протекционизму ! Карл украл у Клары коралл, Клара украла у Карла кларнет !
5.4. Политические литавры и экономическая статистика.
Теория праздного класса сильно дистиллировалась и деградировала со времён известного социолога и экономиста Торстейна Веблена. Элите всегда инкриминировали отстойные технологии от консерватизма до ордолиберализма, однако в этом заключалась её плутократическая сила. Элитарная технология всегда инерционна, при этом намечаются регресс и некоторые временные лаги, когда идеи овладевают Миром, но сам Мир в корне противоречит идее Добра и Зла. Каким образом либералы и постмодернисты собирались бороться с Грядущим Хамом ?