Читаем Возвращение чувств. Машина полностью

Посвящается любимой бабушке и тёще -

       Савченко Ирине Ивановне.

       Без её мужества и силы воли

       эта книга не была бы написана.

Все имена и события книги вымышлены. Любые совпадения являются случайными.

Возвращение чувств.

Роман.

Часть 1.

Машина.

« …once upon a time …»

(традиционное начало любой сказки)

Она умирала.

Она хорошо осознавала это.

Уже пришла та самая кристальная ясность ума. И отступила боль.

Боль, что так терзала последние месяцы её тело.

Да, она смогла даже усмехнуться внутренне, подумав опять о своём теле. Немного же теперь от него осталось – из крепкого, крупного, и даже, скорее, полноватого, чем стройного, оно меньше чем за год превратилось в костлявое, неуклюжее, почти ничего не весящее бессильное убожество.

И тем не менее, именно эти жалкие остатки вмещали сейчас её так и не смирившуюся до самого неизбежного конца, душу.

Мысли уже не скакали с одного на другое, словно преследуемые гончими, зайцы. Нет, они спокойно и плавно ходили как бы по замкнутому кругу, всё время в итоге возвращаясь к одному: «Ты все ещё здесь? Готова к …?»

Да, она уже ждала. Ждала момента неизбежного перехода – от этой жизни к… к чему? Она не знала. Не понимала. Хотя, когда стало ясно, что чуда не случится, и излечение невозможно, с присущей ей методичностью прочла, изучила всё, что удалось разыскать о переходе, и о той – смешно немного, да? – той стороне…

Она не привыкла доверять полунаучной литературе, и тем более чьим-то непроверенным домыслам. Везде она старалась опираться только на свидетельства очевидцев. Хотя, в общем-то, будет ли что-то на той стороне, или нет – какое сейчас это имело значение? В данный конкретный момент её сознание наслаждалось отсутствием боли и тем странным чувством невероятной свободы, которое даёт ощущение неизбежного близкого конца существования. Она слышала, что и узники-смертники получают от своих тюремщиков некоторые льготы накануне казни…

Всё. Действительно – всё. Теперь не будет ни хлопот, ни обязанностей, ни проблем, ни унижений. Привязанностей, близости, любви тоже не будет. Ничего не будет.

А что же будет?

Она в своё время много думала об этом. Но что толку думать, если нет, да и не может быть достоверных фактов и свидетелей. Из-за той, роковой черты никто ещё не приходил, и не мог утешить: «Не бойтесь, люди! Есть жизнь после жизни! И всем воздастся по заслугам…»

Что ж, вся надежда на Господа – только он смог. И он всем обещал… Да, надежда…

Мысли медленно вращались по замкнутому кругу. Вот снова воспоминания о детстве. Есть ли здесь что-нибудь приятное, что-то, что могло бы удержать её сознание на этой бренной земле ещё хоть на краткий миг – теплом и душевным уютом? Хм-м…

Безотцовщина. Хроническое безденежье. Всё это время казалось ей каким-то тусклым и серым – как свет их «экономных» маловаттных лампочек.

Вечно уставшая, вымученная и худая мать с неулыбчивым лицом землистого цвета, всё время озабоченная только двумя проблемами: не вылететь с работы, и прокормить и одеть троих всё время растущих детей.

Отец бросил их, когда ей ещё не было трёх, а близняшкам, которых он успел заделать матери – полгода. Или это мать пыталась так удержать его – с помощью детей?..

Отец… Возможно, его артистическая натура не смогла примириться с прозой многодетной семьи. Или просто – семьи. Так или иначе, она его не помнила.

Мать и сама редко рассказывала об отце. Разве, только то, что он талантливый музыкант.

Разъезжал с гастролями по всей стране. Весельчак, душа любой компании… Во время этих рассказов её всё время преследовало странное чувство – словно мать и для них, детей, и для себя – повторяет отредактированную и утверждённую раз и навсегда Легенду. Чтобы доказать всем – он был не так уж плох! Но…

Материальных проблем и запаха мочи в крохотной комнатёнке он не выдержал.

Алиментов они не получали, так как он продолжал разъезжать по единому-нерушимо-му, уже с другими женщинами, ещё довольно долгое время. И-таки заехал куда-то. Следы затеряны навсегда… Слишком банальная, скучная и серая история.

Воспитание близняшек и уход за ними, а позднее и ответственность за их учёбу и поведение легли целиком на неё. Мать работала. А она оставалась за Главную.

Возможно, это было и к лучшему. Именно чувство ответственности, осознание того, что не на кого надеяться, или переложить свои обязанности, и сформировало её характер. Дало тот пресловутый «стержень», который её и поддерживал всё это время – да и не только в детстве, и зрелости, а и в… болезни.

Болезнь. Хм. Болезнь… Откуда она взялась на её голову, эта болезнь…

Просмотрев опять-таки массу литературы и перерыв интернет, она так и не выяснила этого. Всё, что писали специалисты, было слишком противоречиво, расплывчато и… ненаучно. Вывод был до крайности прост: отчего возникает и как лечить эту болезнь, до сих пор не известно.

Ведь заразиться ею невозможно. И наследственности такой в её роду нет.

Что ж, остаётся поверить старой присказке, что все болезни – от нервов.