Читаем Возрождая пламя полностью

Она прижала ладонь к пятну в форме V от пота на майке Бэка. Мускусный запах мужчины ударил ей в нос, даря кайф просто от прикосновения, делая колени слабыми, а сердце мягким. Кончиками пальцев Дарси ощущала гудящую в нем жизненную энергию и эмоции, которые ему всегда так хорошо удавалось сдерживать, пока он не погружался глубоко в нее и не доставлял обоих в место, о существовании которого до Бэка она даже не подозревала. В место, куда ей хотелось вернуться с единственным человеком, который затрагивал ее до глубины души.

— Не злись на меня, — подразнила Дарси. — Если только это не сделает секс лучше. Если так, то продолжай в том же духе.

Заслугой ей стал редкий и восхитительный звук — смех Бэка. Он обнял Дарси за талию и притянул так близко к себе, что следующее дыхание они разделили на двоих. Дарящее жизнь и в то же время делающее ее слабой.

— Не могу злиться на тебя, Дарси. Ты единственная с кем я могу забыться, — он сжал ее руку своей и переплел их пальцы на своей груди. — Я не заслуживаю тебя.

Это было не тем, что она хотела услышать — разговоры о прошлом портили удовольствие от настоящего. Слишком серьезно.

— Я рада, что ты не умер, Бэк, — пояснила Дарси, желая ослабить напряжение, такое же плотное, как и ком в ее горле. — Так лучше, малыш?

Он ответил с да-поможет-ей-бог улыбкой.

— Я рад, что ты рада, querida.

Пылающий жар его тела вместе с мужским запахом опьянял Дарси и она отстранилась, чтобы вдохнуть необходимого ей свободного-от-Бэка кислорода.

— Как насчет небольшого тура для меня? — спросила девушка. И насчет возможности перевести дыхание.

Бэк провел ее по помещениям, в основном пустым, за исключением офиса, где сидела супер милая и блондинистая секретарша, и зоны для машин, в которой пара пожарных играла в карты за столом. Затем ей пришлось подавить смешки, вызванные башней для шлангов (да, здесь они сушат свои шланги), следом шла комната-склад для оборудования (для ручных пожарных гидрантов, хм, умирающих здесь), и, наконец, глубокое разочарование, когда Дарси узнала, что она не сможет съехать по пожарному шесту (У нас нет такого. Честное слово, Дарси, ни одного).

Глядя на то, как он идет впереди в мокрых шортах и майке, когда от вида его мускулистых ног, голова Дарси кружилась от желания, она вспомнила первый раз, когда увидела Бэка во второсортном тренажерном зале девять лет назад. Место напугало ее до чертиков, с полами, покрытыми коркой от многолетних плевков, и стенами, которые подпирали мужчины с каменными выражениями лиц, смотрящие сквозь нее. И запах! Словно кто-то устроил фондю из потных кроссовок и нечистот, а затем подал это всем на обед.

Она пришла сюда только ради своей лучшей подруги Шаз, которая сохла по брату Дарси и хотела увидеть его в шортах. В свои семнадцать Джек был почти таким же высоким, как отец Дарси, что было по меньше мере на шесть дюймов больше, чем рост другого парня, стоящего на боксерском ринге и прыгающего взад-вперед, словно кролик, играющий с невидимой скакалкой. Взгляд Дарси словно магнитом притянуло к этим ногам прежде чем двинуться выше и рассмотреть всего боксера. Сильные, блестящие от пота, покрытые кожей цвета какао ноги, сами по себе были достойны внимания, пока…

Это был первый раз, когда она обратила внимание на задницу парня.

Мускулистая и подтянутая, в шортах она выглядела так аппетитно, что к щекам Дарси прилила кровь. Повернись, требовал ее одурманенный мозг. По-вер-нись.

И парень подчинился, по пути продолжая резкие удары по воздуху. Позер, подумала бы она, если бы речь шла о ком-то другом, но тут все было иначе. Он был другим. Для парня это был спорт, а не игра. Большими буквами на его широкой груди красовалась надпись ЧПД. Чикагский Пожарный Департамент. Его густые черные волосы были уже влажными от разминки, когда он посмотрел на Джека, своего следующего спарринг партнера. Едва сдерживаемая яростная энергия сочилась из каждой поры.

А затем он обернулся, взгляд его горящих синих глаз сфокусировался на ней.

Пол ушел у Дарси из-под ног, сердце рухнуло в пустоту. Каждое мгновение, прожитое на этой земле за шестнадцать лет, вело ее к этому моменту. Вонючий зал и серьезные синие глаза парня. Он смотрел прямо внутрь нее, сквозь нее, словно с другой стороны, и она почувствовала, будто одна реальность закончилась и началась другая. Тинейджерский драматизм, сейчас она понимала, но тогда это казалось таким важным. Таким потрясающим все основы, реальным. Она поерзала на покрытом грязью стуле, холод металла жалил нежную кожу ее бедер, но все, о чем она могла думать, было: Я хочу, чтобы он победил.

И именно тогда Джек хладнокровно ударил его с такой силой, что парень камнем упал на мат.

Вот дерьмо!