— Но я должен рассказать вам об еще одном инциденте, который только сегодня утором закончила разбирать комиссия по чрезвычайным происшествиям. Боюсь, что это еще только больше нас всех запутает, но я получил прямой приказ, и не могу его ослушаться.

После этого заявления большинство участников совещания поморщились, будто у них случился острый приступ мигрени и зубной боли одновременно. Загадки и непонятные события последних месяцев настолько уже набили оскомину, что одно лишь только упоминание о новых эпизодах доводило всех должностных лиц до икоты.

— Итак, несколько дней назад один из сотрудников МВД, заступив на дежурство в стационарном пропускном пункте, расстрелял шестерых своих сослуживцев из табельного оружия. Некоторое время не удавалось установить даже всех подробностей происшествия, но потом врачи сумели спасти жизнь одному из раненных полицейских и привести его в чувство. Поверьте, картина теперь вырисовывается куда более странная. Подробности вам расскажет специально приглашенный для доклада председатель той самой комиссии, прошу.

Амелина на трибуне заменил невзрачный мужчина в сером костюме, который невероятно скучным и сухим языком принялся описывать детали произошедшего. И если силовики как-то еще пытались держаться и слушать его, потому что обсуждаемая тема напрямую касалась их, то гражданские начали откровенно зевать, рискуя вывихнуть себе челюсти.

Если отбросить все лишнее и оставить лишь одну суть, то выходило, что троица полицейских, решила проверить подозрительный автомобиль крайне престижной марки, выглядящий в захолустном спальном районе так же инородно, как гоночный Ламборгини у ветхого деревенского коровника. Один из сотрудников МВД пошел осматривать салон и багажник, а двое других прикрывали его, держа оружие наготове. Раненный боец точно сумел припомнить, что когда его напарник наклонился к окну, из него будто кости вынули, и он рухнул на землю. Однако раньше, чем напарники открыли огонь, он встал, и как ни в чем не бывало, продолжил осмотр транспортного средства.

После никаких странностей в поведении своего товарища они не замечали, и только прибыв к месту несения дежурства, обратили внимание на некоторые странности. Началу трагедии предшествовало то, что служебная собака весьма агрессивно стала реагировать на того самого бойца. Затем кто-то из присутствующих, раненный полицейский не смог вспомнить, кто именно, обратил внимание, что форма этого сотрудника запятнана свежей кровью.

Почти тут же вместо объяснений перепачканный боец открыл огонь по своим товарищам, расстреляв весь рожок. После этой хладнокровной расправы в живых остались лишь один из полицейских и девушка-кинолог, которая до сих пор находится в критическом состоянии, и пока в сознание не приходила.

— … таким образом, — эта фраза вырвала слушателей из сонного оцепенения, вызванного скучным докладом, — комиссия пришла к выводу, что сотрудник полиции подвергся воздействию какого-то неизвестного психотропного вещества, возможно газа, которое повлияло на его поведение. И в ряде прочих рекомендаций, рабочая группа по рассмотрению этого инцидента вынесла представление оснастить всех патрульных средствами индивидуальной защиты — ОЗК или аналогичными…

— Подождите, — возмущенно вскочил со своего места представитель МВД, — вы что, хотите сказать, что все наряды, патрули и дежурные должны ходить по городу в химзащите?! Вы хотите паники среди населения?!

— А вы хотите новых расстрелов среди своих подчиненных? — С вызовом спросил докладчик, ненадолго сбрасывая с себя маску меланхоличного зануды. Перемена была столь внезапная, что полицейский даже замешкался с ответом.

— Э-э-э, нет, ни в коем случае…

— Тогда просто выслушайте меня до конца. — Припечатал выступающий, и мгновенно потерял какой-либо интерес к собеседнику, переключившись на свой доклад. — Кроме того, необходимо будет укомплектовать каждый отряд служебной собакой, поскольку они, исходя из показаний выжившего очевидца, на это неизвестное вещество очень бурно реагируют. Пока на этом все.

— Позвольте поинтересоваться, где взять столько собак и людей? — Задал вполне резонный вопрос Амелин. — По нормативам, длительность пребывания в ОЗК не должна превышать четырех часов, это шесть смен в сутки. Нам не хватит имеющихся ресурсов, чтобы долго поддерживать подобный порядок.

— Я сочувствую, товарищ генерал-полковник, — безэмоционально развел руками докладчик, — но я лишь зачитываю выводы комиссии, которые носят рекомендательный характер. Это только список мер предосторожности, которые призваны исключить повторение подобных происшествий. Как это предстоит реализовывать, и нужно ли внедрять такую практику вообще, полагаю, решать придется вам.

— Что ж, я понял вас, спасибо. — За трибуну снова встал Амелин, отпустив занудного выступающего. — А теперь перейдем к разбору сводок и налаживанию взаимодействия с органами городского самоуправления…

Глава 9