Читаем Возмездие полностью

— Уильям Руперт Бантлинг обвиняется в убийстве первой степени. Вас доставили сюда, мистер Бантлинг, на первое слушание, в соответствии с законами штата Флорида, для определения, имеются ли в протоколе задержания достаточные основания для предъявления вам обвинения. Если основания будут признаны достаточными, то вы вернетесь в тюрьму округа Дейд, без права выхода под залог, и подвергнетесь суду. А теперь, госпожа секретарь, пожалуйста, передайте мне протокол задержания, чтобы я мог его прочитать.

Кац говорил четко и ясно. Каждое слово идеально артикулировалось. Судья Кац будет великолепно выглядеть в выпусках новостей. Обычно за это время он пропускал по крайней мере десять обвиняемых. В зале суда начался шум, люди переговаривались приглушенным шепотом, пока судья притворялся читающим протокол задержания. Работали телекамеры, художники делали зарисовки.

— Тихо! — воззвал бейлиф, и зал суда погрузился в тишину.

Примерно через пять минут, на протяжении которых судья Кац усиленно хмурился, он поднял голову от протокола задержания на трех страницах и полным презрения голосом громко объявил:

— Я прочитал протокол задержания. И я нахожу, что у суда имеются достаточные основания для обвинения задержанного Уильяма Руперта Бантлинга в убийстве первой степени мисс Анны Прадо. Права выхода под залог в этом случае предоставлено не будет. Обвиняемый будет содержаться под стражей, — Он сделал паузу для большего эффекта и кивнул в направлении Бантлинга: — Мистер Бантлинг, суд может только надеяться...

Встала Лурдес Рубио.

— Ваша честь, могу ли я обратиться к суду? Мне очень не хочется перебивать вас, но, боюсь, суд собирается решить этот вопрос, не предоставив обвиняемому шанса высказаться. Ваша честь, мой подзащитный является добропорядочным гражданином. Раньше он никогда не задерживался правоохранительными органами. Он живет в Майами уже шесть лет, работает здесь, у него есть дом. Он готов сдать суду свой заграничный паспорт до решения проблемы, позволить надеть себе на лодыжку браслет для электронного мониторинга его передвижений, а также согласиться на домашний арест и таким образом помочь адвокату подготовиться к защите. Мы просим, чтобы суд учел это и установил размер залога.

Си-Джей уже поднялась для возражения, но увидела, что в этом нет необходимости. Лысина судьи Каца побагровела, и он гневно уставился на Лурдес Рубио. Она испортила его идеальное выступление.

— Ваш клиент подозревается в серии жестоких убийств. Он ехал на машине по Майами с изуродованным женским трупом в багажнике. Он не турист, который изрядно повеселился в ночных клубах на Саут-Бич, мисс Рубио. Я не боюсь, что он сбежит, я опасаюсь, что он убьет. Он определенно представляет опасность для общества. Никакого залога не будет. Он в состоянии помогать вам, сидя в камере.

Судья Кац окинул взглядом Лурдес Рубио — снизу вверх, а потом сверху вниз, словно только сейчас понял: она тоже женщина. Потом он добавил более тихим голосом:

— Вы, адвокат, в один прекрасный день, сможете меня за это поблагодарить. — Затем он склонился вперед и снова нахмурился. — Мистер Бантлинг, я могу только надеяться — ради вас самого, — что вы непричастны к тому ужасному преступлению, в котором вас обвиняют. Потому что если это не так...

Внезапно Бантлинг встал, отошел от стола — цепь, соединявшая наручники и кандалы, с громким звяканьем врезалась в деревянное ограждение. Он гневно заорал на судью Каца.

— Это смехотворно! Ваша честь, я ничего не сделал! Ничего! Я никогда раньше не видел эту женщину! Это все дерьмо!

Си-Джей бросила взгляд на Бантлинга, и голова у нее вдруг начала кружиться. Он стоял, повернувшись к Лурдес Рубио, дергал ее за локоть и вопил:

— Сделай что-нибудь! Сделай что-нибудь! Я в этом невиновен! Я не пойду в тюрьму!

Во рту у Си-Джей пересохло. Она смотрела, не в силах шевельнуться, как трое конвоиров бросились к столу, чтобы вновь усадить Бантлинга. Си-Джей видела, как судья стучит молоточком, как репортеры вскакивают со своих мест, работают телекамеры, и представляла, что все это идет в прямой трансляции. Но она ничего не слышала, только голос Бантлинга, который кричал:

— Сделай что-нибудь! Ты должна что-то с этим сделать!

Си-Джей посмотрела, как левая рука обвиняемого схватила Лурдес за пиджак, его рукав приподнялся, обнажив зигзагообразный шрам как раз над «Ролексом» и запястьем. Си-Джей знала этот голос. В одно жуткое мгновение в зале суда ока поняла, кем на самом деле является Уильям Руперт Бантлинг. Она задрожала, следя за тем, как Бантлинга силой оттаскивают от стола защиты и ведут к задней двери, а он продолжает орать Лурдес Рубио, чтобы она что-нибудь сделала. Этот образ еще стоял перед глазами Си-Джей, когда Бантлинга увели из зала суда и она услышала судью Каца, обратившегося к ней.