Читаем Возмездие полностью

Она говорит, что тревожится за меня. И на этот раз я слушаю внимательно, когда она говорит про Якоба: что он может мне помочь, что бой еще не окончен. Более того, скорее всего, только сейчас все и начинается. Она говорит медленно, иногда повторяется. Многого я вообще не понимаю. Когда она засыпает, я остаюсь лежать рядом с ней, пока не приходят охранники и не выпроваживают меня.

* * *

Новость о том, что у мамы БАС, неизбежно распространяется в публичном пространстве. Вскоре после этого домой к нам приходит ее агент, весь в возбуждении, и начинает говорить, едва переступив порог. В Цирке будет происходить гала-концерт в честь маминой блистательной карьеры.

— И прежние коллеги, и новые звезды будут исполнять твои песни, Кэти, — говорит он. — Так что тебе не придется петь весь вечер. Концерт будет транслироваться по телевидению, и зрители смогут одновременно переводить деньги на научные исследования в области медицины. Разве не прекрасная идея?

Кэти категорически отказывается.

— Ты не понимаешь, — произносит она. — Я не хочу показываться в таком виде. Не хочу, чтобы меня запомнили такой.

Дрожащей рукой она указывает на свое кресло с электроприводом. Когда она не спит, предпочитает сидеть в нем, потому что очень боится потерять равновесие и упасть.

— Ты рассуждаешь нелогично, — произносит Хенри тем требовательным тоном, на который обычно переходит, когда мама говорит «нет». — Ты ведь всегда обожала подобные инициативы.

— Это ты их любишь, потому что они приносят тебе доходы, — шипит в ответ Кэти.

— Ты несправедлива, — отвечает он, ничуть не рассердившись. — Тем самым ты можешь помочь другим. Ведь ты всегда считала, что это важно. А твои фанаты поймут, почему ты так долго не появлялась. Линда, уговори маму.

— Мне плевать, поймут они или не поймут. Мне не нужно ничье сочувствие. Прекрасно обойдусь без этого. Пожалеть себя я и сама могу.

На это Хенри бормочет, что она совершено права — в этом деле она преуспела больше, чем кто-либо другой. Потом он уходит. Но никакие слова — ни его, ни мои, ни кого-то другого — не могут убедить маму изменить свое решение.

* * *

Гала-концерт она конечно же все равно провела. Хенри оказался прав, она не могла упустить шанс снова показаться на публике. Я участвовала в подготовке, помогала, чтобы она могла чувствовать себя уверенно. В вечер представления я помогла ей подняться на сцену, и она прекрасно справилась без кресла, и никаких неприятностей не произошло. Стоя за кулисами, я видела, как она в последний раз сияет в свете прожекторов. А когда я вышла на сцену, чтобы исполнить вместе с ней наш номер, мы обе утонули в потоке света и сияния, окружавшего нас. Это воспоминание навсегда врезалось мне в память, я никогда его не забуду.

Но я помню и то, что сказала мама, прежде чем принять решение.

— Ты понимаешь, что я чувствую, Линда? — сказала она. — Это не я. Но если меня увидят такой, инвалидом, прикованным к креслу, то я такой стану. После этого я уже не Кэти. Я хочу, чтобы они запомнили ее — ту женщину, которой я когда-то была.

Только теперь я понимаю, что она чувствовала в тот момент.