Читаем Возмездие полностью

— Я всё понял, — произнёс он и встал с кресла.

* * *

Лавров стоял на пороге камеры и с интересом рассматривал своих сокамерников.

Шум закрываемой за ним двери был подобен грому, разделивший его жизнь на две половины. Первая половина была светлой, в ней присутствовала Надежда. Вторая половина была чёрной. Но, несмотря на эту черноту, он отчётливо видел в ней смерть Гришина, Павлова и двух молодых киллеров. Лавров прекрасно понимал, что это только начало чёрной жизни, в которой у него уже не будет ни радости, ни счастья. Будет только одно — желание убить всех, кто причастен к смерти его любимой девушки.

Он сделал несколько шагов и оказался в центре камеры. Налево от него стоял массивный металлический стол, который был намертво заделан в бетонный пол, а справа от него стояли двухъярусные металлические койки. В свете тусклой лампы Павел посмотрел на сидящих в камере людей и, пройдя мимо них, бросил своё пальто на свободное место.

Сегодня был явно не его день. Сказать, что он был не готов к этому, значит, сказать неправду. Ещё тогда, когда он решил отомстить бандитам за смерть Надежды, он предполагал, что всё это может закончиться именно так, небольшой и тёмной камерой. Но всё равно, он не думал, что это произойдёт буквально сегодня.

— Слышишь, мужик, как там, на воле? — поинтересовался у него один из сокамерников.

— Холодно, — коротко ответил ему Павел. — Зима.

— Тебя за что закрыли? — поинтересовался у него другой.

— Не знаю, — ответил он. — Похоже, пытаются повесить на меня два убийства каких-то бандитов.

— Я что-то слышал об этом. Говорят, что в милиции создано специальное подразделение, которое занимается уничтожением главарей бандитов. Они мочат нашего брата без разбора.

— Интересно. Тогда почему они меня грузят на эти убийства?

— Глупый вопрос. Если есть тюрьма и лагеря, то кто-то должен сидеть в них. Не будут же они сажать себя за эти преступления. Давай знакомиться. Меня зовут Игорь, я с Горок. А это Рамиль. Он из Кировского района. Говорит, попал сюда за кражу на рынке.

— Меня зовут Павел. Я из Московского района.

Павел замолчал и повернулся лицом к стене. Зная основы оперативной работы, он предпочёл молчать в камере.

— Павел, а, Павел? Скажи, а где этих бандитов замочили? — поинтересовался у него Игорь.

— А я откуда знаю, где их замочили? — настороженно ответил он. — А почему это тебя так интересует?

— Просто так, от нечего делать. Ты знаешь, здесь нет ни радио, не телевизора, вот поэтому и спрашиваю?

— Ты же сам мне говорил, что слышал об этих преступлениях? Если ты в курсе, то почему ты меня спрашиваешь об этом? Что-то мне не совсем понятно.

— Ты знаешь, Павел, я слышал об этом как-то вскользь, и теперь просто хотел услышать какие-то подробности этого дела.

— А ты поинтересуйся у оперативников, они тебе всё расскажут, только изъяви желание загрузиться этим делом.

Он снова замолчал и закрыл глаза. В какой-то момент он понял, что медленно погружается в сон, он попытался открыть глаза, однако это ему не удалось, он заснул. Перед глазами снова поплыл до боли знакомый пейзаж, выжженные солнцем горы Афганистана, лента дороги, терявшаяся где-то там, вдали, за горизонтом. Он на броне боевой машины десанта, а рядом с ним его друг Радимов Виктор, великолепный парень из Челябинска. Машина Павла возглавляет воинскую колонну. В небе постоянно барражируют вертолёты прикрытия. Ничего не предвещало столкновения с моджахедами. Перед его машиной встал столб из огня и пыли. Бойцы словно горох скатились с брони и залегли за камни. Похоже Радимов немного замешкался, и пуля афганского снайпера намертво пришила его к броне машины. Павел уже собрался выскочить из-за укрытия и броситься ему на помощь, но точно выпущенная моджахедом граната ударила в борт, около которого лежало тело Радимова. Тело Виктора взлетело вместе с машиной и растворилось в чёрном дыму. Не обращая внимания на свист пуль, Лаврову удалось добраться до боевой машины. Но тела Радимова он не увидел. Взорвавшаяся граната разнесла его тело на части.

Отчаяние и злость захлестнули Лаврова. Он не помнит, как вскочил с земли и бросился с криком вперёд, вслед за ним устремились и другие десантники. Эти пятьдесят метров, отделявших его от моджахедов, он пролетел на одном дыхании. Затем всё смешалось в рукопашной схватке. Он словно во сне видел перед собой искажённые от страха лица моджахедов, которые бежали перед ним, оглядываясь на преследовавших их десантников. Он стрелял и стрелял в их спины, до тех пор, пока не закончились патроны в его автомате. Когда он почувствовал, что у него нет патронов, он достал из ножен свой нож и стал резать их.

Он очнулся от того, что впереди уже не было врага. Лицо и руки его были все в крови. Он устало присел на камень и обвёл поле боя своими глазами. Вокруг него лежали трупы врагов и погибших десантников. Что произошло тогда с ним, он до сих пор не мог себе этого объяснить.

Услышав лязг открываемой двери, Лавров открыл глаза и посмотрел на вошедшего старшину милиции.

— Лавров, на выход, — приказал старшина и вышел из камеры.