Читаем Возмездие полностью

Имя у парнишки, как у главы государства — Борис. Студент третьего курса политехнического института. Все произошло, как я и предположил: знакомый, тоже студент, но с другого факультета, попросил помочь его другу, для чего нужно поучаствовать в розыгрыше. И делать-то практически ничего не было нужно. Всего-то — в оставленной для него в укромном месте куртке песочного цвета подойти в институте к Николаю Ивановичу, а точнее, как Борису объяснили, к мужику с красной спортивной сумкой. Ему же велели сказать, что сын скоро уже до дома доберется. Баул забрать, зайти в туалет, где лежит другой сумарь, только уже черный. Спрятать полученное в нем, переодеть куртку, сунув ее к остальному барахлу. После этого, не привлекая внимания, зайти в заранее открытую аудиторию и выбросить котомку в окно, где ее будут ждать, а самому, как ни в чем не бывало, спокойно уйти. Сделал он все, как просили. Но не срослось — не учел возможность нашего с Димкой появления. Самое интересное, что Борису даже денег за его работу не посулили, просто «взяв на слабó». Мотоциклист же, забравший имущество, парню знаком не был. Если точнее, Боря просто не знал, кто это был. Прыгать же наш источник информации вовсе не собирался. Просто, когда мы с Пулей влетели в аудиторию, сам того не желая, оказался на подоконнике.

В самом конце нашей беседы с Борисом в помещение ворвался Руслан. От его лица можно было прикуривать.

— Ты что такое отмочил-то? — напустился друг на меня, оттащив в сторону. — Кто у тебя тут разбился?

— Успокойся, пожалуйста! — попытался я его утихомирить. — Все хорошо! Боря все взвесил и передумал прыгать. Решил, что лучше нам все честно рассказать. Дальше тебе и карты в руки.

— Мокрый, — уже чуть тише ответил опер, — ты своей смертью точно не помрешь! Кто-нибудь поможет. Еще одна такая шутка, и я тебя сам грохну. Я уже прикидывать начал, как отписываться. Нет, я бы еще понял, если Пуля такое выдал, но ты-то вроде серьезный человек…

— А что сразу Пуля-то? — в свою очередь возмутился Димка. — Чуть что — сразу косой, что ли? Чего ты на нас наезжаешь не по делу? Есть же результат!

— Ладно, потом с вами разберемся, — уже успокоившись, произнес Комиссар. — Хрен с ним. Победителей, как говорят, не судят.

Делать нечего, пришлось ретироваться из института, пока не предъявили за поломанную мебель. Сбрасывать «броню» так и не пришлось. Буквально через пятнадцать минут после возвращения на базу — новый выезд по адресу очередного фигуранта, который подрядил Бориса на так называемый «розыгрыш». Тот, в свою очередь, сдал следующее звено в длинной цепочке осведомленных.

Карусель продолжалась почти до трех часов ночи. Возмущению потревоженных граждан не было предела. Операм можно было только посочувствовать, сколько нелицеприятного им пришлось выслушать. Наконец, забрезжил свет в конце тоннеля.

Адрес, который предстояло штурмовать, находился практически на окраине города. Перепутать невозможно. Как сообщил очередной «пленный», на окнах, располагавшейся на втором этаже квартиры вместо привычной решетки установлена сетка рабица. А еще в квартире хозяева держат злющую собаку бойцовой породы.

* * *

Стандартная панельная пятиэтажка. Подъездная дверь, как водится, металлическая. Закрыта на замок реечного типа. Ну, с такими справляться мы уже давно научились. Никаких проблем, обойдемся без ключа. Другой вопрос, что впоследствии запор может и не работать, если остатки импровизированной «отмычки» останутся внутри механизма. Но это такие мелочи по сравнению с мировой революцией.

На пару с Серегой отправляемся на разведку. По пути к нам присоединяется Руслан. С фасада никакой сетки рабицы не наблюдаем, но это нормально. Как успели просчитать, окна квартиры выходят на противоположную сторону. Не спеша обходим здание.

— Вот эти окна! — показал опер на второй этаж в середине дома.

— Видим, — отозвался Гном. — Что им, жарко, что ли? В Ташкенте живем?

И действительно, три оконных проема, один из которых слабо светится, вместо решеток заделаны рабицей на каркасе из металлического уголка. Створки как раз освещенного окна, судя по всему, находящегося в комнате, расположенной прямо напротив входа в квартиру, распахнуты настежь. А на улице — никак не больше десяти градусов.

— Хорош тут торчать, — негромко произнес Комиссар. — Так и запалиться недолго. Двигаем назад.

— Подожди чуть-чуть, — так же тихо ответил ему я, заметив белые пятна на земле под окном.

Подойдя вплотную к дому, подобрал несколько в беспорядке валяющихся листочков бумаги примечательного размера. Что-то мне они напоминают.

— Все, валим отсюда, — сказал я, вернувшись, — на свету разглядим.

Без лишней суеты ретировались, подойдя к крайнему подъезду, над дверью которого горела единственная на весь дом лампочка. В ее тусклом свете рассмотрели мой трофей.

— Похоже, в цвет! — возбужденно сказал Руслан. — Это из «куклы». Здесь как раз мои каракули, — продемонстрировал он один из листочков. — Будем выхлапывать.