Читаем Воздушные бойцы полностью

Прижимаясь к земле, летчики с кабрирования подошли снизу к ведущему пары «мессершмиттов», и Выдриган сбил его двумя длинными очередями.

Для Кривошеева это был наглядный урок со многими важными элементами.

В конце войны воспитаннику Армавирского авиационного училища Николаю Выдригану было присвоено звание Героя Советского Союза. В этом же Указе стояло и имя его отца — генерала Выдригана. Для Николая это был необыкновенный день: много лет они с отцом ничего не знали друг о друге, и вот в одном и том же Указе объявляется, что обоим — отцу и сыну — присвоено звание Героя. Они нашли друг друга, списались, договорились о встрече. Но встретиться им не пришлось: во время одного из полетов Николай Выдриган погиб…

Товарищ Кривошеева по запасному полку младший лейтенант Иван Янгаев свой первый боевой вылет выполнял в качестве ведомого командира эскадрильи капитана Ивана Пишкана.

Вылетели четверкой; в тылу противника во время разведполета встретили группу Ме-109.

Янгаев слышал лаконичные команды Пишкана: «Прикрой!», «Смотри за молодым!» — то есть за Янгаевым, о котором Пишкан не забывал ни на минуту, — «Шмиты» слева!», «Горит!» и разные другие. Янгаев в том бою не все понял и не все видел, но ведущего не терял, ощущая лишь непрерывные изменения в перегрузке. При возвращении на обратном пути к аэродрому капитан Пишкан по радио подбодрил Янгаева:

— Видел, как надо бить «шмитов»? Молодец! Так и держись!

Ощущение причастности к одержанной группой победе очень важно для молодого летчика. После посадки Пишкан поздравил с победой и Янгаева. Янгаев доложил, что он видел и чего не видел во время боя.

— Ничего… — заметил Пишкан. — Так и держись… По мере того как будет появляться боевой опыт, начнешь видеть все и не будешь так напряженно летать.

Многие воспитанники капитана Пишкана стали замечательными воздушными бойцами. Сам он во время войны произвел 436 боевых вылетов, из них 180 — на воздушную разведку. Лично сбил 15 самолетов противника. Боевые заслуги И. А. Пишкана отмечены орденами Ленина и Краевого Знамени. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Умер Иван Анакиевич Пишкан после войны от тяжелой болезни.

…Молодые летчики Янгаев, Кривошеев, Червинский приобретали боевой опыт, мужали в боях, превращались из молодых в «старичков». Я был очень рад, когда мне пришлось ставить им задачу уже как ведущим пар на боевые вылеты.

Не все из числа молодых, пришедших в полк летом 1943 года, дожили до победы. Николай Зонов и Юрий Гунченко погибли в боях.

Многие воспитанники нашего полка в послевоенный период стали зрелыми авиационными командирами. И. А. Янгаев и П. И. Червинский стали авиационными генералами. Г. В. Кривошеев в звании полковника авиации уволился в запас и работает на гражданском поприще.

Жарким летом сорок третьего года войска Южного фронта, очищая от противника Донбасс, выходили к городу Сталино. Гитлеровцы поспешно уничтожали заводы, шахты, подрывали наиболее крупные и красивые здания в городе.

Совершая как-то очередной вылет на разведку, я с напарником вышел к городу с юго-запада. С воздуха было трудно рассмотреть улицы. Осенью сорок первого года я проезжал Сталино. Город был в пожелтевшей листве. Мне он показался уютным, я видел много красивых зданий. А вот сейчас черный дым пожарищ закрывал целые улицы. На железнодорожной станции горели цистерны, видны были вспышки взрывов.

8 сентября промышленный центр Донбасса был освобожден нашими войсками. 11 сентября наш полк произвел посадку на расчищенную полоску аэродрома Центральный города Сталино. Полевой аэродром был захламлен боеприпасами, сгоревшими самолетами, листовками. В зданиях, расположенных на аэродроме, вели работу по разминированию саперы. Всюду были выставлены знаки для безопасного прохода по аэродрому.

Личному составу полка был дан отдых на несколько дней. На заминированном аэродроме не отдохнешь, поэтому мы вывезли личный состав в ближайший поселок. Там немцы зданий не минировали, и этот вариант нас устраивал. Из поселка на аэродром выезжали с рассветом. Дорога шла мимо кладбища фашистских вояк, судя по надписям, здесь были представлены фашисты всех мастей: испанские (из «голубой» дивизии), итальянские и, конечно, немецкие. Но захоронили, по-видимому, небольшую часть: на подступах к городу валялось полно трупов. Гитлеровцы отступали так быстро, что не успевали хоронить.

В паре с моим заместителем капитаном Евтиховым вылетели однажды на рекогносцировку одного из запасных аэродромов. Наши танкисты стремительно продвигались к Запорожью и Мелитополю. Мы отставали с базированием. Вновь надо было подыскивать аэродром. Приземлились в нескольких километрах от Шахтерска. Наш новый аэродром назывался Катык. Зарулили, выключили двигатели, закрыли фонари.

Поле, на которое мы сели, нас удовлетворило. Ровное, задерненное. Попадались кустики полыни. Сильный запах напоминал мне родное Поволжье, Волгу, места, где прошло мое детство. Не торопясь пошли с капитаном Евтиховым по полю, обмениваясь впечатлениями.