Читаем Вотыты полностью

И новая мысль, непрошенная, ударила наотмашь. Мидир переступил с ноги на ногу, чтобы не упасть от резкой дурноты. Мэрвин держал в пасти не рыжего, а белого волка. Побуревшего от собственной крови и рваных ран.

Мидир прикусил губу и проморгался.

Когда путь до рва и ворот сократился вдвое, он увидел черные тени, быстро приближающиеся к волкам. Не животные и не ши, а словно сложенные друг на друга булыжники! В серых сумерках подступающего рассвета они смотрелись особенно грубыми, отталкивающими, будто не желающие уходить вслед за ночью кошмарные сны, нашедшие выход из грез и явившиеся по душу непослушных волчат.

– Праматерь волчица, это же… – испуганный голос кого-то из стражников донесся до Мидира.

– Кто это? Да кто это? – вечно взрослые не рассказывали самое важное и интересное.

По крайней мере знай он об этих булыжниках что-то детальное, Мидир бы так не боялся.

– Не кто, а что. Это же… – теперь заговорил ближайший справа, Мидир резко обернулся к нему, но волк почти сразу поджал губы, мрачнея на глазах.

– Егроксы, – отозвался ближайший слева, который продолжал придерживать Мидира за плечо.

– Они пробьют защиту черного замка. Дом Камня, видно, совершенно потерял границы разумного… Это все потому, что Джаретта так долго нет, – зашептались в рядах.

– Пока он старается спасти наш мир, другие Дома решили его завоевать! – новые голоса с другой стороны.

Все это было очень интересно, Мидир запомнил и пообещал себе подумать, но…

Расстояние между неведомыми Мидиру зверями, названными егроксами, и волками сокращалось все быстрее и быстрее. Как только Мэрвин пронесся по подвесному мосту, его сразу подняли, и в железо срединной части моста что-то гулко грохнуло. Еще и еще. Звуки были пугающими вдвойне оттого, что были размеренными, живое существо не могло биться так.

Стража засуетилась, начали кричать о советнике, об укреплении ворот, судьбе королевы и принцев, подкреплениях и оружии – ничего пугающего в этом не было, наоборот, волки собирались бороться, что явно показывало, их Дом еще стоит и будет стоять, покуда жив хоть один волк.

Мидир, едва поняв, что самая первая смертельная опасность миновала, заозирался, отыскивая взглядом брата и Киринна, всячески отгоняя мысли о самом худшем: Мэрвин очень сильный, он будет королем вслед за отцом, а уж в силе начальника стражи сомневаться вообще последнее дело! Так ведь? Ведь так?

Пришлось пошмыгать носом, чтобы отогнать и напугать подкатывающиеся слезы. Мидир в них верил! А они должны были обязательно сейчас же найтись! В мельтешении взрослых удалось наконец увидеть плащ брата, а возле него блеснул темной сталью знакомый доспех Киринна. Мидир бросился вперед, разглядывая обоих во все глаза. Оба были уже в облике ши, что неудивительно – лечить ши проще, чем вырывающихся зверей. Оба окровавлены, и Киринн лежал без сознания.

– Нет, Мидир, – удержал его Мэрвин. – Ты нужен мне здесь. Отнесите его в лазарет! – приказал он стражам. – Надо немного подштопать. Все будет хорошо с твоим Вотыты, – Мэрвин потер плечо, а потом щеку. – Тяжеленный же он у тебя, чуть челюсть не вывихнул. Что, ты решил, что я его брошу? – Видно, услышал, что Мидир все же всхлипнул. – Это против всех моих правил и против Благого Слова.

– Спасибо, Мэрвин, – тихо произнес Мидир и вздрогнул от очередного удара в ворота.

– Надо что-то делать, иначе эти твари выломают десятые ворота.

– Вам бы тоже к лекарям, – глухо произнес стражник. 

– Не смей указывать, что делать сыну Джаретта Великолепного! – обжег его Мэрвин ледяным взглядом. – Мне сейчас не до лечения.

Стражник побледнел, попятился, бормоча извинения.

– А что ты будешь дер-р-рать? – спросил его Мидир, проследив взглядом, как Киринна уложили на носилки. – Ведь из твоей семьи тут тор-р-рько я! – припрыгивая от нетерпения и волнения, порыкивал Мидир, еле поспевая за широким шагом брата.

– Вот именно, – обернулся у тронного зала Мэрвин, склонился к Мидиру и подмигнул.

Мидир от неожиданности приоткрыл рот и торопливо захлопнул его. Вышло смешно и гулко.

А еще приосанился, готовый дать совет Мэрвину, первому волчьему принцу, наследнику Джаретта Великолепного. Такой возможности у Мидира еще никогда не было! Да они вообще с братом больше цапались в те редкие минуты, когда Мэрвин соизволял замечать «мелкий колючий репейник».

Стражи вдвоем притворили тяжелые двери. Створки сомкнулись, обрисовав посередине стилизованное солнце с длинными лучами, ласкающее все двадцать семь Домов Благого Двора, существующих в реальности или уже ушедших в туман давних эпох. Брат погладил черное, отполированное руками ши дерево, и улыбнулся чему-то своему.

– Р-р-разве нам не надо спешить? – недоуменно справился Мидир. – Р-р-разве на нас не напали?

– Ты мне скажи, – Мэрвин обратил на брата взор холодных серых глаз. – Что сделать?

– Надо выступить против этих зверей! – возмущенно произнес Мидир. – Как они посмели?!