Читаем Восточный круиз полностью

Пока старожилы рудника разыскивали в толпе новичков знакомых и пытались узнать последние новости с поверхности, я отошел в сторону. Среди этого контингента у меня не могло быть ни родственников, ни знакомых. Постепенно в зале новоприбывшие перемешались с местными. Кто нашел знакомого, кто знакомого знакомых, кто земляка. Мне неинтересно было вслушиваться в обрывки разговоров о событиях и сплетнях Шемсума или Хорасана. Гораздо важнее было узнать о местных правилах и обычаях. Не помешало бы также расспросить о таинственном Каюме, тем более если им так настойчиво интересовался Юздак, обещавший сжить меня со свету.

Я прошелся по залу, внимательно присматриваясь к здешним старожилам. Мое внимание привлек пожилой мужчина, безучастно привалившийся к одной из стен. Он с самого начала не пытался отыскать знакомых в толпе вновь прибывших и не интересовался новостями с поверхности.

Когда развалилась очередная империя моего мира, в которой мне довелось родиться и жить, на книжные прилавки хлынул поток воспоминаний бывших лагерников. Из них я вынес одно – в любой стране места заключения формируются по сходному принципу: наружная охрана, состоящая из наемников, и внутренняя, где в основном окапываются уголовники. Исключений нет. И моя страна еще раз подтвердила это правило. Главное же в этих местах – не высовываться без нужды и иметь своевременную информацию о действующем раскладе сил.

– Не помешаю? – Я присел рядом с рудокопом.

Он скользнул по мне безразличным взглядом и отвернулся.

Я достал из кармана половину лепешки, что мне сунул Халк на прощание, и, разломив на две половины, предложил сидящему рядом. От лепешки тот не отказался. Глядя, как он быстро управился со своим куском, я сделал еще одно умозаключение: и в отношении кормежки здешняя зона ненамного отличалась от соответствующих мест моего мира.

– Меня зовут Максим, – представился я.

– Боркай, – нехотя промолвил рудокоп.

– Я смотрю, ты нездешний, – продолжил я разговор, видя, что Боркай замолк.

– С чего ты взял? – взглянул на меня рудокоп.

– А по поведению, – я кивнул в сторону толпы. – Ты даже не пытался разыскать знакомого…

– Просто я так давно здесь, что у меня не осталось знакомых и родственников наверху…

– За какие же грехи ты попал в эти места? – продолжал выпытывать я. – Если, конечно, это не секрет.

– Какой секрет… – вяло произнес Боркай. – Я начинал работать на этом руднике еще вольнонаемным…

– Что же тогда заставило тебя остаться?

– Что? – криво усмехнулся рудокоп. – Тогда уж, скорее, кто… Наш эмир, да будет он проклят в веках!

– Неужели тебе не позволили уехать?

– Не только мне одному. Все, кто работал в этих забытых Аллахом местах, остались навсегда под землей.

– Почему?

– Здешний рудник – один из немногих, на которых держится казна эмира. А когда люди начали бежать с этой работы, отказываясь от любых денег, эмир заставил работать бесплатно, за кусок хлеба и миску похлебки…

– Что же подвигло людей к бегству из этих мест?

– Ты не местный, что ли? – впервые проявил интерес к моей персоне рудокоп.

– Нет, – покачал я головой. – Я с севера.

– Варвар, значит, – понимающе кивнул рудокоп.

– С чего ты взял, что северяне – варвары? – не удержался я от вопроса, не имеющего отношения к моей теме расспросов. Просто стало интересно, что меня моментально относят к варварам, узнав о гипотетической родине.

– А кто же? – удивился в свою очередь рудокоп. – Варвары они и есть. Не чтят Аллаха и пророка Мухаммада. Да еще чуть что – сразу хватаются за нож.

– Я не думаю, что они это делают без причины. – Я решил защитить своих неведомых земляков.

– Так базар на то и базар, чтобы торговаться, а не мериться силой, – возразил мне Боркай.

Из этого я понял, что северяне решали проблемы обсчетов и обвесов в Хорасане самым радикальным спо­собом. Они мне положительно начинали нравиться все больше.

– Ну ладно, оставим в покое моих земляков, – я решил вернуться к более насущным проблемам. – Почему нас так торопливо загнали под землю? Неужели это нельзя было сделать утром?

– Вот теперь я точно уверен, что ты нездешний, – внимательно оглядел меня Боркай. – А поначалу подумал, что Каюм решил приставить к нам соглядатая…

– Ты не ответил на мой вопрос. – Я продолжил расспросы: – И кто такой, кстати, этот таинственный Каюм?

– Ладно, – вздохнул Боркай, – так и быть, расскажу тебе историю Изумрудных рудников… все равно ведь не отвяжешься…