Читаем Восточный круиз полностью

Увидев, что я поднялся, Кадар двинулся в мою сторону, угрожающе поводя копьем. Я бросился навстречу противнику и ухватился за древко копья чуть ниже наконечника. Кадар рванул копье на себя, с легкостью оторвав меня от земли. Когда меня поднесло к нему на достаточно близкое расстояние, верзила попытался нанести удар ногой, и в тот же момент я, опираясь на копье, которое крепко держал противник, провел подсечку по той ноге Кадара, что еще оставалась на земле. Верзила с шумом обрушился на землю, взмахнув от неожиданности руками. Выпущенное им копье оказалось у меня в руках. Я отшвырнул его подальше и повернулся в сторону купца, с интересом наблюдавшего за поедин­ком. На этот раз зрители молчали.

– Сзади! – раздался вскрик Ли.

Я развернулся. Разозлившийся Кадар, вскочив с земли, летел в мою сторону с явным намерением свернуть шею опозорившему его перед товарищами новичку. К сожалению, он не позаботился вооружиться, надеясь справиться со мной голыми руками. Но рукопашник из него оказался никакой. Я шагнул ему навстречу и, падая на спину, провел бросок через грудь, сообщив при этом набравшему скорость Кадару добавочный импульс ногой и не фиксируя конец броска захватом. Кадар пролетел надо мной, подобно ракете. Когда я встал с земли, за моей спиной раздался звучный чмокающий удар и возмущенный рев одного из ишаков. Ракета нашла цель. Двор взорвался хохотом. На этот раз в нем слышались одобрительные нотки.

– Ну что ж, – вышел вперед Гайят, – пожалуй, ты доказал, что способен занять освободившееся место.

– А я считаю, что нет. – От толпы зрителей отделился невысокий смуглый человек.

– В чем дело, Фархад? – шагнул ему навстречу Салах.

– Я берусь доказать, что этот северный варвар ничего из себя не представляет, – заявил вышедший наемник. – То, что ему удалось обезоружить этого увальня, – он пренебрежительно кивнул в сторону Кадара, только начавшего выбираться из-под коновязи, – чистая случайность.

– Ты сильно рискуешь, Фархад, – процедил сквозь зубы Салах.

– Я докажу, что он ничто против меча, – заявил Фархад. – И ты мне не указ. Мой хозяин – вот, – он указал в сторону Гайята.

– Тогда тебе вначале придется доказать мою ненужность, – побагровел от такого унижения Салах.

– Не торопись, – прошипел ему чуть слышно в лицо смуглолицый, – придет и твой черед.

– Салах, – я решил вмешаться в назревающую стычку, – я согласен выйти против этого типа.

– Он меня оскорбил, – процедил сквозь зубы Са­лах. – Наказать этого подонка – дело моей чести.

– Что это ты так боишься за варвара? – усмехнулся Фархад. – Или он действительно ни на что серьезное не способен? Эй! – повернулся он к зрителям. – Вы не против дальнейшего испытания? Мы должны быть уверены, что на стоящего рядом можно действительно положиться.

Часть наемников ответила одобрительным гулом.

– Я думаю, – произнес до сих пор внимательно слушавший перепалку Гайят, – у Фархада вполне справедливое требование. Твои люди, Салах, должны быть уверены в мастерстве друг друга.

– Салах, – попросил его я, – не возражай.

– Да? – Салах взглянул в сторону Гайята. – Что ж, если они требуют, пусть испытание продолжится… только учти, Фархад, после поединка я лично проверю твое мастерство.

– Я тебя жду, варвар, – Фархад криво ухмыльнулся и потащил из ножен меч.

Я вышел в круг, прекрасно понимая, что этот тип если и не прикончит меня, то сделает все, чтобы оставить калекой. Это не схватка с Кадаром. Тут пахло боем без правил.

Фархад тут же подтвердил мою мысль, одним кошачьим движением преодолев расстояние между нами. Его клинок сверкнул, обрушиваясь на меня наискось. Я еле успел отшатнуться. Лезвие со свистом прошло вдоль груди, треснула под клинком рубашка, в толпе испуганно вскрикнула Ли. Я отскочил назад. Меч все-таки задел кожу, и на груди расплывалось кровавое пятно.

– Что, варвар, испугался? – осклабился Фархад, поигрывая вспыхивающим на солнце клинком. – Я всегда говорил, что вы ни на что не годны и все, на что способны северяне, – это махать кулаками в трактире…

Недоговорив, он сделал длинный выпад, целя мне в грудь. Я отшатнулся и, поскользнувшись в пыли, растянулся на земле.

– Вставай, мозгляк, – скривился Фархад. – Прими свою участь, как подобает мужчине.

Я вскочил. Тут же этот тип бросился на меня. И в этот момент его самонадеянность сыграла с ним злую шутку. Я швырнул в его перекошенное злорадством, торжествующее лицо горсть пыли, захваченную при падении. Он взревел, пытаясь одной рукой протереть запорошенные глаза, а второй полосуя воздух во всех на­правлениях.