Спускаемся в долину с крутого холма и вдруг на фоне гор видим длинную колоннаду. Через несколько минут мы останавливаемся на небольшой площадке, где уже припаркованы два больших автобуса, на этот раз с западногерманскими туристами. Туристы уже разбрелись по развалинам Апамеи, и мы становимся единственным объектом внимания местных ребят, которые предлагают купить древние монеты, стеклянные и керамические сосуды. Монеты и другие предметы обнаружены здесь, и притом совсем недавно, утверждают ребята. Разумеется, это не так, и многие вещи, предлагаемые туристам, изготовлены в Дамаске или Алеппо в подвалах местных умельцев. Все же в Апамее я купил пять монет, из которых четыре оказались фальшивыми, а одна — подлинной, времен римского императора Констанция II, правившего в 337–361 годах. Уже только одна эта монета может оправдать эту утомительную поездку в Апамею и все понесенные здесь расходы.

Колонны, обломки колонн и массивных капителей обрамляют широкую дорогу, которая заканчивается в зеленом поле, где пасется одна пестрая корова. В древнем городе раскопана только эта одна улица, по которой мы прошли несколько раз. В других местах огромного города никаких раскопок не было, и этот археологический объект стал огромной каменоломней. Это хорошо видно по средневековой крепости близ Апамеи: все ее постройки и стены сложены из каменных блоков и обломков колонн, доставленных из самой Апамеи.

Выезжаем на шоссейную магистраль и быстро едем в сторону Хомса. Этот город сейчас насчитывает почти миллион жителей, и нам пришлось поплутать по его новым кварталам, прежде чем выбраться на трассу, ведущую в Дамаск. В столицу Сирии мы прибыли уже вечером. За три дня мы проехали около 2 тысяч километров, встретились и побеседовали с десятками людей — сирийцами и нашими соотечественниками, работающими в этой арабской стране.

В старом Иерусалиме

Плодородная земля и обильные источники еще задолго до новой эры сделали обитаемыми холмы, на которых раскинулась сегодняшняя столица Иордании — Амман. К 1200 году до нашей эры Раббат Аммон, как назывался город в глубокой древности, стал столицей государства аммонитов, которые воевали против царей Израиля. В Библии говорится о том, как царь Саул победил Нахаша, а царь Давид разбил армию другого аммонитского царя, Хануна, захватил и разорил его столицу. В III веке до нашей эры на зеленых холмах Аммона появились войска египетского владыки Птолемея II — сына главного помощника и, по преданию, сводного брата Александра Македонского — Птолемея. Птолемей И Филадельф (прозвание свое он получил якобы за примерную любовь к сестре-жене) перестроил город и нарек его своим именем — Филадельфия. Следующими завоевателями были цари из династии Селевкидов (династия основана также полководцем Александра — диадохом Селевком). Так, в 218 году до нашей эры Антиох III Великий захватил этот ”город вод”, как его именует Библия. Здесь были и римляне, о пребывании которых свидетельствуют многочисленные памятники, например античный театр против современного отеля ”Филадельфия” и акрополь. В византийский период Аммон стал резиденцией христианского епископа Петры и Филадельфии. После захвата его арабами он вновь достиг своего расцвета, однако постепенно, после падения Омейядского халифата, жизнь здесь захирела. К концу же XIX века на месте древней Филадельфии осталась лишь небольшая деревушка, населенная преимущественно черкесами.

Сегодня самая большая деревня черкесов в Иордании называется Наур. Она находится за пределами Аммана, по дороге в Иерусалим. Через эту деревню с одноэтажными, примыкающими друг к другу домиками с плоскими крышами мы направляемся в Иерусалим. Черкесы в Наур переселены турецким правительством в качестве военных колонистов после русско-турецкой войны 1877–1878 годов. В сегодняшней Иордании они — влиятельное национальное меньшинство, составляют большую часть королевской охраны, некоторые из них занимают высокие государственные посты.

После Наура дорога идет на уровне моря, постепенно снижаясь, Об этом сообщает большой голубой щит, прикрепленный у обочины. Около него толпится группа туристов: кому же не хочется сфотографироваться ”на уровне моря”?! После продолжительного спуска вырываемся наконец на просторы иорданской долины. Нам видны горы, за которыми лежит Иерусалим — цель нашего путешествия.