Читаем Восставшая Луна полностью

Все наши обычаи работают именно таким образом. Если вы оказались на поверхности и вашему товарищу необходим воздух — одолжите ему баллон и не спрашивайте с него денег. Но если он вам не заплатит после того, как вы оба вернётесь в область давления, то в этом случае никто не осудит вас, если вы ликвидируете его без всякого суда. Но, скорее всего, он заплатит — воздух здесь столь же свят, как и женщины. Если вы обыграли новичка в покер, вам следует одолжить ему денег на воздух. Не на еду, на еду пусть зарабатывает сам. Если вы ликвидировали кого-нибудь, то в любом случае — кроме ликвидации с целью самообороны — вы должны выплатить его долги и оказать поддержку его детям, иначе люди не будут с вами разговаривать, а также ничего не купят у вас и ничего вам не продадут.

— Мани, вы хотите сказать, что я могу здесь убить человека, а потом урегулировать это дело за деньги?!

— Да нет, всё совсем не так! Дело в том, что ликвидация не является нарушением каких-либо законов, потому что здесь вообще нет никаких законов, кроме распоряжений Надсмотрщика, а Надсмотрщика нисколько не интересует, что именно селениты вытворяют друг с другом. Мы полагаем, что если человек убит, то либо он сам виноват и все вокруг об этом знают, либо его друзья позаботятся о том, чтобы ликвидировать того, кто это сделал. Ликвидации у нас бывают нечасто. Даже дуэли и те случаются редко.

— …«его друзья позаботятся об этом»… Мани, а что, если бы эти молодые люди довели свой замысел до конца? У меня здесь нет друзей.

— Именно по этой причине я и согласился быть судьёй по вашему делу. Хотя я не думаю, что эти юнцы рискнули бы зайти слишком далеко. Ликвидация туриста принесла бы нашему городу дурную славу.

— Такие вещи происходят часто?

— Я не могу припомнить, чтобы такое случилось хотя бы раз. Хотя возможно, что имела место какая-нибудь ликвидация, замаскированная под несчастный случай. Новичка здесь всегда подстерегает опасность. Уж такое это место — Луна. Говорят, что если новичку удалось прожить здесь год, то он будет жить вечно. Но никто не продаст ему страховку на первый год его жизни здесь. Стью, вы уже обедали? — Я взглянул на часы.

— Нет ещё. И я как раз собирался предложить вам пойти ко мне в отель. Там хорошо готовят. Я остановился в гостинице «Орлеан».

— Давайте-ка лучше пойдём ко мне домой, я познакомлю вас со своей семьёй. В это время у нас как раз обед. Будет суп или что-нибудь в этом роде.

— А я не доставлю вам лишних хлопот?

— Нет. Подождите минутку, я позвоню.

— Мануэль, дорогой, как это мило! — сказала Мама. — Капсула прибыла несколько часов назад; я уж было решила, что ты приедешь завтра или ещё позже.

— Я просто учинил пьяный дебош, Мими, и связался с дурной компанией. Если вспомню дорогу, то приду домой и приведу с собой одного из этой дурной компании.

— Да, дорогой. Обед будет через двадцать минут. Постарайся не опаздывать.

— Тебя даже не интересует, кто мой дурной компаньон — мужчина или женщина?

— Зная тебя, я полагаю, что это женщина.

— Ты, Мама, так хорошо знаешь меня. Предупреди наших девочек, чтобы они выглядели понаряднее. Я не хочу, чтобы моя гостья затмила их.

— Не задерживайся долго, иначе обед остынет. До свидания, дорогой. Я тебя люблю.

— Я тебя тоже люблю, Мама.

Я подождал минутку, а затем набрал номер MYCROFTXXX.

— Майк, я хочу, чтобы ты поискал для меня сведения на одно имя. Этот человек с Земной стороны. Прибыл на «Попове» в качестве пассажира. Имя — Стюарт Рене Ла Жуа. Стюарт пишется через «ю», а фамилию поищи на буквы «Л» и «Ж».

Ждать мне пришлось лишь несколько секунд. Майк обнаружил имя Стью во всех главных справочниках Земли: в «Кто есть кто», «Дан и Брэдстрит», «Готском альманахе», в архивах лондонской «Таймс» и прочих изданиях. По происхождению француз, но покинул родину, роялист, состоятельный человек. У него имеется ещё шесть имён, которые он для удобства вложил одно в другое и в результате получил то, которым обычно пользуется. Имеет три университетские степени, в том числе полученную в Сорбонне степень в области права, среди своих предков числит аристократические семейства Франции и Шотландии. Разведён, детей нет, был женат на благородной Памеле де Голубая кровь. Короче говоря, земляной червяк того сорта, который и разговаривать не станет с селенитом, у которого в предках одни каторжники. Но Стью, похоже, готов был говорить с кем угодно.

Я послушал пару минут, затем попросил Майка подготовить мне полное досье, содержащее все сведения о нём.

— Майк, похоже, этот голубь — именно то, что нам нужно.

— Вполне возможно, Ман.

— Мне нужно бежать. Пока.

Я в задумчивости возвратился к своему гостю. Годом раньше, во время пьяной болтовни в комнате отеля, Майк пообещал нам, что у нас будет один шанс к семи — но только если кое-какие условия окажутся выполненными Одним из этих sine-qua-non было то, что мы должны были получить помощь с самой Терры.