Томас Эдвард Лоуренс

Восстание в пустыне

Воспоминания об англо-арабских операциях против Турции

(сокращенный перевод с английского Я. Черняка (1929))

Примечание: хотя книга была опубликована под названием «Семь столпов мудрости», это название относится к более полной версии, находящейся в другом файле. Этот текст правильно озаглавить «Восстание в пустыне», перевод Я. Черняка (Лоуренс Т. Восстание в пустыне. М., 1929). От полной версии он отличается числом значительных сокращений, отсутствия философствования автора, размышлений, стихотворного посвящения в начале, личных эмоций, событий, предшествующих прибытию в Джидду и прочих мелочей (например, упоминания о гомосексуализме арабов), что делает эту книгу более приключенческой и приемлемой для подростков.

Из предисловия к изданию 1929 года («Восстание в пустыне»)

Автор настоящей книги, по утверждению ряда современных английских авторитетов, является «самым замечательным из живущих ныне британцев». Лоуренс известен в Англии как «некоронованный король Аравии». Однако, помимо воли автора, книга дает яркие иллюстрации циничных методов британского империализма в азиатских странах, орудием и проводником которого являлся сам Лоуренс.

Весьма характерна судьба самого автора, разрушающая миф об «аполитичности» науки в буржуазных странах. Молодой ученый-ориенталист, посвятивший себя археологическим раскопкам в Сирии и Месопотамии, с началом империалистической войны становится одним из деятельнейших участников английской контрразведки в Каире, где организует пресловутое «Арабское бюро», ставшее в дальнейшем филиалом английского Форин Офис и центром руководства британской политики в арабских странах. Романтический любитель восточных древностей становится политическим агентом британских властей в Каире, на него возлагается подготовка арабского восстания против Турции. В то время как Лоуренс, по заданиям британского верховного комиссара в Египте Мак-Магона, внушал арабским вождям идею объединенной Аравии и звал их, под лозунгами панарабской федерации, к борьбе с турками (выполняя этим программу британского империализма на ближневосточном театре войны), другие британские агенты вели переговоры о разделе арабских стран между союзниками, после того как Оттоманская империя будет разбита, и наследство «больного человека» станет добычей победителей. Характерно, что «романтический» Лоуренс, втиравший очки своим друзьям арабам, прекрасно отдавал себе отчет в том, что английские обещания арабской независимости имеют временное значение. Такого рода самопризнания имеются в ряде мест книги, которая в целом является ярким документом политики британского империализма на Востоке.