Читаем Восстание Персеполиса полностью

Корабль прошел сквозь кольцо, как в старом видео про кита, пробивающего поверхность моря. Тысяча километров диаметра врат - мизерный размер в масштабах солнечной системы, огромный по человеческим меркам, и Лаконианский крейсер где-то посередине двух измерений - слишком большой, чтобы комфортно влезть в одно, и слишком маленький, чтобы хорошо вписаться в другое. То же неудобство присутствовало и в дизайне, не совпадая ни с уже знакомой жутью протомолекулы, ни с историей человеческого производства, но совмещая оба вида. Драммер снова и снова пересматривала запись канала наблюдения, и легкая дрожь пробирала её после каждого просмотра.

Она оказалась не готова. Каменные добытчики с бункерами гравия неслись к своим позициям, больше не имевшим значения. Флот коалиции стягивался к внутренним планетам и системе Юпитера, в днях - иногда неделях - ускорения до цели. Города в пустоте выполняли витки им навстречу. Подготовка к тактическим ситуациям, потерявшим актуальность. Дуарте и его Адмирал Трехо перехватили темп. Ей оставалось убедиться, что цена для них окажется выше, чем они намеревались заплатить.

- Госпожа Президент, - сказал Вон. Драммер ещё раз посмотрела, как Буря выплывает из кольца, прежде чем заговорить. Поразительно, как нечто настолько здоровое может пройти через врата. Корабль выглядел достаточно большим, чтобы его масса и энергия нарушила пределы пропускания кольца. Возможно, был способ использовать это, и заставить его разделить судьбу Свободного Флота. Вот только долбаная штука была уже здесь.

- Вон? - ответила она, не оглядываясь.

- Связисты запрашивают ваше решение по ретранслятору, - сказал Вон.

Она глубоко вдохнула, медленно выпустив воздух сквозь зубы. Тысячи ретрансляторов рассеяны по системе, но она знала, о каком говорит Вон. Их тайная связь с Мединой - подарок от Авасаралы - проходила через ретранслятор с низким потреблением энергии, плавающим в темноте снаружи кольцевых ворот. Со стороны Медины его сигнал был слаб, и он переключал длины волн, маскируясь под обычную помеху кольца, которую легко упустить. Из нормального пространства его присутствие было более очевидно.

И ближайшим кораблем к нему, прямо сейчас была Буря.

Она могла приказать своим связистам не использовать его. Это было просто. Но разведка коалиции тоже имела к нему доступ. И подполье Сабы. Чем больше людей могло совершить ошибку, тем больше было шансов, что его обнаружат. Она могла его отключить. Легко, одним сигнальным пакетом, как погасить свет. Он перейдет в пассивное состояние прослушки, и потребуется точно знать где искать, чтобы увидеть в нем больше, чем песчинку, плавающую в невероятно огромном океане пустоты.

Уйти в тень было правильно. Но все в ней бунтовало против этого решения.

- В чем смысл, - сказала она, - иметь то, что нельзя использовать? Фактически, это то же самое, что вообще не иметь. - На её экране очередной виток закончился, и начался снова. Буря выходила из кольца.

- Сохранить что-то, чтобы использовать в более правильное время, это не значит "не иметь", sa sa que? - сказал Вон.

- Это был риторический вопрос, - сказала Драммер.

- Прошу извинить - сказал Вон.

- Скажите им ... - Это больше, чем окно в Медину. Это её ниточка к Сабе. Что, если ему понадобится связаться? Что, если что-то случится, и его призыв о помощи умрет в тишине, потому что она слишком осторожна? Одиночество росло в груди, растягивалось, пока не стало казаться больше неё самой. Опустошающим. - Скажите им, чтобы отключили его. Сохраним его на тёмный дождливый день.

- Да, мэм - сказал Вон, и повернулся, чтобы уйти.

- Вы когда-нибудь видели дождь, Вон? - спросила она, останавливая его. Выигрывая ещё несколько секунд, когда связь с Мединой и Сабой все ещё возможна. Даже если её нельзя использовать.

- Нет, мэм. Никогда не был на Земле. Никогда не планировал.

- "Дождливый день". Мы все еще так говорим.

- Культурный империализм внутренних планет во всём, - сказал Вон.

- Дождь идет не только на внутренних планетах. На Титане тоже идет дождь. Это метан вместо воды, но за ним можно наблюдать из куполов. Я провела там неделю мадху чандры. Миллиард точек на поверхности купола с оранжевыми облаками за ними. Как маленькие тёмные звезды. Если вы можете их увидеть. Зрение у Сабы не очень. Он их не видел. А я видела.

- Как скажете, мэм, - сказал Вон. Или он был слегка безразличен, или ей только так казалось. Ну и нахер тебя тоже, подумала она, но промолчала, на случай, если это было только её видение.

- Ладно, - сказала она, поворачиваясь к своему экрану. - Отправляйте приказ.

Вон не ответил, просто вышел, и закрыл за собой дверь. В последний раз она смотрела, как Буря проходит через кольцо, в поисках подсказки. Или лучика надежды. Но ничего не увидела, закрыла запись, и открыла другую.